Прощённая

Но ещё сильнее хочется не терять контроль, и до дна испить, не пьянея, её удовольствие.

– Я хочу, чтобы ты потрогала себя. Вставь в свою маленькую дырочку один пальчик, Алиса. Неглубоко для начала. На треть. Как я сделал с тобой вчера.

– Я не умею, – шепчет как сквозь сон. – Я никогда так не делала. Это неправильно.

– Хочешь, чтобы это сделал я?

Мои пальцы сжимают её соски крепко и я тру их беспощадно. Она выгнулась над водой, обнажая мокрый животик. Её маленькие пальчики вцепились в края ванны.

Алиса не просто даёт мне ласкать её. Она хочет. Подставляет себя моим рукам.

– Хочешь?

– Неправильно, – прорывается сквозь её губы, и она стонет, подаваясь вверх бёдрами.

Так надо было лишать её девственности. Хорошенько разогрев и подготовив для начала. А не наказывать. Тогда ей бы не было больно ни капельки. Она сейчас может принять весь мой член разом. И получит от этого только кайф.

Она вдыхает глубоко и рвано, и выдыхает моё имя стоном. С таким наслаждением, что это обезоруживает.

Она так чувственно отвечает на меня, так объемлюще, что мне самому начинает казаться, будто я внутри неё. Настолько заразительно её удовольствие. И я сейчас, как подросток-девственник, кончу в штаны только от одного вида её покачивающегося под моими руками тела.

– Назови моё имя ещё раз, Алиса, – я не требую, я прошу. – Назови, пожалуйста.

– Илья, – отвечает мне.

Её полуоткрытые губы и раскрасневшиеся щёчки не могут обманывать. Я не просто знаю, что она не симулирует.

Я начинаю верить во всё то, что она говорила до этого. Что я самый первый. Что она никогда не трогала себя сама. Что ждала особенного. И мне выпала честь этим особенным стать. Пусть и против её воли. Только я ей нравлюсь. Нравится то, что я с ней делаю, как бы она не сопротивлялась.

И такая фантазия не просто возбуждает. Она делает меня счастливым, не иначе.

Алиса запрокинула голову. Треугольник её подбородка над вытянутой до предела шеей. Она уже стонет не стесняясь, не переставая, всё громче…

– Давай, моя хорошая.

Кончи для меня.

Комнату заливает красным светом. И резь сирены въедается в уши. Реальность отрезает, затапливает, как Атлантиду, эту сказку.

Алиса становится холодной, почти колючей от напряжения. Её тело исчезает под водой. Испуганные глаза бегают из стороны в сторону.

– Прости, девочка. Закончим в другой раз.

Глава 11

– Алиса, что происходит?! – Ленкин голос звучит непривычно испуганным.