Прощённая

 – Что они заставляют тебя делать?!

– Пожалуйста, не кричи, – я, наконец, нахожу розетку, и ставлю телефон на подзарядку. Кутаюсь в белый махровый халат, который мне выдала Малика. Меня привели в комнату, где я спала сегодня ночью. На непривычно мягкой и большой кровати.

Сажусь на пол и говорю тихо:

– Я специально позвонила тебе, а не Катьке. Мне нужен тот, кто обладает спокойствием духа и невозмутимостью.

– Какой, нахрен, невозмутимостью?! Твоя мама сказала, что тебя забрала какая-то женщина. Якобы ты ей что-то должна!

– Они считают, что я украла колье.

– Кто? Речь о той самой блондинке? В машине которой ты была, когда мы приехали? Твоя мама сказала…

– Всё верно. Я действительно трогала пакет, в котором лежало колье. А потом колье пропало. Думают на меня.

– Это не выдерживает никакой критики! Какие у них доказательства? Это правда, что они обыскивали вас без понятых?

– Лен, я не могу долго разговаривать, правда. Мне нужна твоя помощь. Ты можешь… кое-что узнать об одном человеке?

– Лисец, я не полицейский.

– У тебя есть доступ к интернету. А мой доисторический телефон кроме звонков и смсок ничего не умеет.

– Тебя там взаперти, что ли, держат? Что они заставляют тебя делать?

– Мы договорились, что я в течение месяца буду ухаживать за садом, – даже неприятно удивляет, как спокойно я выдала подруге это враньё.

– За садом?

– Да. Здесь огромный дом, оранжерея, и сад просто необъятных размеров. И я хочу знать хоть что-то о человеке, которому этот дом принадлежит.

– Олигарх, что ли, какой-то? Старый пердун?

– Не знаю, олигарх ли он. Но – нет. Он молодой. И…я понятия не имею, чем он занимается. Здесь есть дверь с кодовым замком. Такая… внушительная, как в сейфах банка. И за этой дверью как минимум несколько комнат, если не целый этаж крыла здания. А ещё здесь то ли сигнализация установлена, то ли…. Сегодня слышала, как она работает. Ужас.

– Ты влипла, – бормочет подруга, но испуг в её голосе постепенно сходит на нет. – Они точно тебя не обижают?

– Нет, – даже мотаю головой, будто она видит меня.

 – Моего хозяина, – сглатываю, – зовут Илья. Илья Сергеевич Савельев. Ему не больше тридцати пяти. Серые глаза. Острые скулы. Есть татуировка, не знаю, какая – но если будет фотка в майке, увидишь завиток на груди слева. Пожалуйста, постарайся до завтрашнего вечера узнать про него всё, что можешь.

– Ладно. Я после работы заскочу к твоей маме. Ты звонила ей сегодня?

– Да. Перед тем, как позвонила тебе.