Хамелеонша. Тайна короля

Тот надулся и отвернулся к заснеженному полю, а потом пришпорил коня и приблизился к едущему на ослике лекарю, похожему в своем ворохе одежд на куль, и принялся терзать его вопросами, вроде тех, могут ли волосы расти вдвое быстрее, если к ним прикладывать подорожник.

Скользнув взглядом по белому насту, покрывавшему все вокруг, насколько хватало глаз, я перевела его в повозку.

Алекто о чем-то задумалась, рисуя пальцем узор на сиденье. Я же задумалась о месте, в которое мы едем. Более не существовало прежнего замка на Хидрос.

Вернее, он был, но с тех пор, как озеро полностью обмелело, а прежний Покровитель погиб, или вернее будет сказать «прекратил существование», все там начало приходить в упадок. Судя по слухам, та же участь постигла и сад, и даже камни стен начали разрушаться на глазах, что вынудило людей переселиться в новое место. Там уже когда-то был древний город. Королевская семья заложила новый замок и основала вокруг столицу.

Это чужеродное слово рождало в голове тревожные мысли.

Те города, в которых мы с Людо когда-то успели побывать, не вызывали ничего, кроме желания поскорее их покинуть. Что если и это место окажется столь же отталкивающим?

Впрочем, какое мне дело до всего этого, если совсем скоро я увижу Омода! Сердце забилось чаще. Я безотчетно погладила сиденье, в сундучке под которым ехал мой любимый медальон.

Лицо Алекто стало слегка озабоченным. Она изредка хмурилась и покусывала губу – похоже, и ее одолевали какие-то сомнения.

Но со мной она ими, конечно, не делилась.

Тут повозку тряхнуло, и мы остановились.

– В чем дело?

– Менестрель больше не может ехать верхом, – подъехал сэр Вебрандт.

– Так пусть ему помогут.

– Он совсем озяб, – пояснил Каутин. – Быть может, вы возьмете его к себе? Хотя бы на время.

– Конечно нет! Ты ведь знаешь, что мы с Алекто не можем ехать в компании постороннего мужчины.

– К нам мог бы подсесть Эли, – предложила Алекто. – Для соблюдения приличий.

Я поджала губы.

– Что ж, ладно, пусть менестрель сядет. А Эли пусть останется в седле.

Мужчины помогли ему забраться к нам, поддерживая так, будто он уже приготовился скончаться. Тяжело плюхнувшись на сидение, музыкант какое-то время только хрипел с прикрытыми глазами. Наконец, распахнул их и уставился на нас с Алекто, которая пересела и теперь была рядом со мной.

– Простите, миледи и миледи, – голос его звучал надтреснуто, – я не приучен к поездкам верхом.