Операция «КЛОНдайк»

 – Я уже все решил! Неужели ты не понимаешь, что я не смогу спокойно жить, зная, что Есения жива, а я ничего не сделал для ее освобождения! Я хочу вернуть ее… Не знаю, сколько нам еще осталось, но она была единственной женщиной, с которой я хотел связать свою жизнь.

– Лёнька, прошло пятнадцать лет! – напомнил ему Сергей. – Вы можете друг друга даже не узнать! О каком связывании ты говоришь?

– Я узнаю ее! – упрямо ответил Леонид. – Я сына узнал по ее глазам! К тому же через него мы уже связаны и, почитай, никогда не расставались…

– Ну что за мелодраматические нюни! – рассердился Сергей.

 – Лёнька, ты можешь погубить и себя, и сына! Если за ним идут те самые ребята, если они настроены серьезно, то это может плохо кончиться, как ты этого не понимаешь? Тебе судьба подарила сына, так забирай его, заляг где-нибудь, береги, расти его и радуйся. Документы надежные мы тебе выправим.

– Лёне нужна мать, – тихо сказал Леонид. – Он вида не подает, но переживает за нее очень, я же вижу! Как я ему в глаза смотреть буду, радуясь в каком-то укромном месте, в то время как она там страдает? Ты не забывай, что она даже не знает, добрался ли Лёня до меня или нет, схватили его или нет! Неизвестность – тяжкое испытание, поверь мне, я через это уже прошел пятнадцать лет назад.

И потом, мы же не можем вечно прятаться! Только разобравшись с ситуацией вокруг Есении, можно будет вернуться к нормальной жизни. Так что не отговаривай меня, а лучше помоги советом.

Сергей вздохнул и сказал:

– Пока я тебе ничего посоветовать не могу, но я подумаю… Боюсь только, что денег на улаживание всех этих дел потребуется немерено.

– Об этом не беспокойся, деньги у меня есть, – сказал Леонид. – Я взял с собой восемьдесят тысяч… Долларов, естественно.

– Это хорошо… Ладно, утро вечера мудренее, завтра будем принимать окончательное решение. А сейчас давай париться, – сказал Сергей, вытаскивая из бадейки распаренный веник.

Напарившись и окатившись напоследок ледяной водой, они вернулись в дом.

Николай Степанович сидел за столом и читал книгу, а Лёня тихонько посапывал во сне на диване.

– Температура у него спала, – шепотом сказал Николай Степанович. – Я ему, как вы ушли, чайку с малиной дал.

– Спасибо, – поблагодарил его Леонид и осторожно пощупал рукой лоб Лёни.

Мальчик был весь мокрый, но уже не такой горячий, как до этого, хотя щеки у него были пунцовыми, как у русской матрешки.

– На ночь его надо бы в сухое переодеть, – подсказал Николай Степанович.