Операция «КЛОНдайк»

 – А то он пропотел, раскроется и простудится еще больше. У вас есть что-нибудь ему на смену? А то могу одолжить свой тельник, у меня есть в запасе новый, ни разу не надеванный.

– Спасибо, мы так и сделаем, – сказал Сергей. – Николай Степанович, гляньте, пожалуйста, угловую комнату, нагрелась она или нет, если да, то перенесем туда пацана на ночь.

Николай Степанович, вернувшись через несколько минут, позвал Леонида:

– Да, можно нести парня, я ему уже постелил и тельник приготовил. Пойдемте, я вас провожу.

Леонид осторожно поднял сына на руки и пошел вслед за Николаем Степановичем.

Переодев так и не проснувшегося мальчика и уложив его в постель, Леонид вернулся к Сергею.

В этот момент раздался звонок сотового телефона.

Сергей взял трубку.

– Да?.. Извини, любимая, заработался. Скоро буду, минут через тридцать. Да, я тоже целую тебя… – Отключив трубку, он повернулся к Леониду: – Звонила Нинок, расстраивается, что ужин остывает, а меня все нет. Я обещал ей сегодня пораньше приехать, а сам пропал.

 – Он улыбнулся. – Так что мне пора ехать – не хочу, чтобы она лишний раз волновалась, да и понюхать нужно: что да как, на крайний случай… Сегодня вы спокойно переночуете здесь. Николай Степанович тебе все покажет и спрячет, если что… Хотя я уверен, что в этом доме вы в безопасности. А завтра устроим «совет в Филях» и решим, что делать дальше.

После отъезда Сергея Леонид подсел к камину и еще раз перечитал письмо Есении. Глядя на листки, исписанные ее рукой, он представлял, как она прикасалась к ним, когда писала, и вдруг в безотчетном движении прижался лицом к письму, касаясь губами строк.

«Господи, какой я стал сентиментальный…» – подумал он, спохватившись, и в смущении оглянулся на дверь. «А ты всегда был таким», – возразил ему внутренний голос. «Похоже на то», – согласился Леонид, вдыхая запах письма. От него пахло шоколадом и холстиной, наверное от Лёниного рюкзака, в котором оно лежало.

Вытащив из кармана рубашки свой паспорт, Леонид вынул из него их давнюю фотографию и, вглядываясь в лицо Есении, подумал: «Есения, какая ты сейчас? Узнаем ли мы, действительно, друг друга, встретившись?»

В дверь постучал Николай Степанович:

– Леонид Ярославович, может, вы кушать хотите? У меня пельмешки налеплены.

Леонид, уже собравшийся было отказаться, услышав про налепленные пельмени, заинтересовался:

– Сами делали?

– Ну да, кто же еще? Я покупных не люблю, – ответил Николай Степанович.