Раб. Книга 1. Чужая боль

На Тарине так никто, похоже, не обращается.

– Вставай давай, уж не знаю, как тебе и сказать.

– Вы ни разу еще не сказали, – тихо, будто боясь, что ругаться начну.

– Ладно, – отвечаю, поворачиваясь и заходя в дом. – Я есть пошла, а ты сам смотри.

В дальнейшем буду тихо подсматривать, чтобы не спугнуть.

Вскорости приходит на кухню, успел даже сполоснуться и одежду поменять. Чуть не пропускаю момент, когда перешагивает порог, тут же говорю садиться. Этак я совсем нервной стану. До чего довели красавца, он, похоже, у Амиры вообще на ноги не вставал.

Убила бы.

– Послушай, – начинаю, – мне не нужно, чтобы ты постоянно на колени становился, понимаешь? Не нужно.

– Мне не сложно, – тихо.

– Но для чего?

– Я лучше встану лишний раз, чем пропущу… когда надо.

– Да никогда не надо, – отвечаю. Молчит. С трудом перебарываю желание сообщить ему, что это мой приказ. Не выход. От любых приказов мы избавляемся. Пусть не прячется за приказами…

– Не хочу приказывать тебе, – говорю. – Это не приказ.

Просто мне это не нужно, понимаешь? И тебе не нужно. Поэтому можно обойтись.

– Понимаю, – откликается тихо. – Но раба, отступающего от правил, всегда можно за это наказать, если госпожа всё-таки решит, что это было нужно.

– Я не наказываю тебя, – говорю. – И не собираюсь.

– У вас есть пульт, – мрачно. Что тут ответишь?

Молчим.

– Антер… – зову. Поднимает глаза, смотрит вопросительно. – Ну а если бы я приказала? Что бы ты делал?

– Исполнял бы, – отвечает. Угу. Вижу по глазам, что исполнял бы, а сам в аду жил бы, в постоянном ожидании наказания за невыполнение одного из двух противоречивых приказов.

– Ладно, – вздыхаю. – Кушай.

Вяло приступает. Снова подаю голос:

– А ты где-то учился? Красиво, я имею в виду, двигаешься.

– Давно, – пожимает плечами. – Ещё когда с родителями жил. И в охране потом немного давали основы. Но там мы всё больше с оружием.

В семье… Хочу расспросить, но боюсь. Не сейчас. Как это тяжело, не представляю.

Не помешало бы на реабилитации показаться, давненько там не была.

Смотрю на Антера. Ему бы отдохнуть, дома в тишине посидеть, после всех этих происшествий. Успокоиться хоть немного. Побуду сегодня дома.

Закрылся у себя, не выходит. Нервничаю, но не трогаю. Может, ему отдохнуть хочется. Только когда время обедать – заглядываю тихонько, постучав. Ой, надо же, свернулся клубочком поверх покрывала, спит. Отдыхай, мой хороший. Приходи в себя.

Антер

Пытаюсь обдумать всё, что узнал.