Слепая надежда

– Господин? Я что-то сделала не так?

Сдвигаю ее со своих бедер, все не так!

– Вы гневаетесь?

Если бы гневался, ты не сидела бы столь спокойно.

– Срочный вызов, – я уже на ногах, застегиваю и оправляю одежду. Прощупываю наскоро куртизанку с помощью омаа – только небольшой след на бедре, завтра сойдет.

– Неужели пары минут не подождет? – расценивает мой взгляд по-своему. Понятно, боится остаться без оплаты. Алые всполохи жадности.

– Нет, – отвечаю, бросаю на стол несколько десятилирий. Разочарована? Меньше чем за четверть часа? Не выдать бы брезгливости.

Иду к двери не оборачиваясь. Мне и не нужно – и так вижу серое недовольство. Конечно, в прошлый раз больше оставил. Но в прошлый раз императрица не рыдала в моей кровати.

Почти слетаю по ступенькам. Откуда-то из собственной приемной выпывает Бесстыжая Палми – наслоения прожитых лет разрисовали ауру не в лучшие цвета. И девочек своих она не любит.

Удивление, пузырь вопроса – но молчит, не лезет. Четкое намерение в комнату, из которой я ушел.

Сплетничайте. Выбегаю, выбрасывая все из головы. Не хочу сюда возвращаться, да больше все равно некуда.

Спешу, чертыхаясь, почему дом Бесстыжей так далеко от императорского дворца. Правильно, конечно, не место им по соседству. Приходится взять извозчика и поторопить, подбавив омаа. К воротам подлетаем почти галопом, соскакиваю едва не на ходу. Привычно перекидываюсь знаками омаа с охраной. Укрепления прохожу беспрепятственно, внутри спешу к одному из коротких потайных проходов.

Через стойла, мы тут с Лией ходили… Наверх.

Почти врываюсь в собственные комнаты. Стражи на входе молчат. Спрашивать не хочется, будь что-то важное – сами сказали бы. Да и видел я всё.

Бросаюсь в спальню, пытаюсь подобрать слова, но они уже ни к чему. Притормаживаю. Императрица спит, только всхлипывает во сне. Конечно, такой длинный, сложный день. Очередной.

Понимаю, что не могу так подойти, перед глазами все взметаются багряные всполохи моей случайной любовницы. Наскоро заскакиваю в душ, переодеваюсь.

Похоже, мой личный рекорд в пару минут. Бросаю вещи в отделение для служанок на стирку – кажется, будто провоняли домом удовольствий насквозь, хотя без омаа едва ли кто и отличит. Иду к моей императрице.

Сажусь рядом, аккуратно обнимаю, как в фертоне. До чего же я соскучился, Ли. Омаа не слушается, разливается изгибами желанного тела, смывая остатки грязных пятен, разглаживая борозды слез. Не могу его останавливать. Не хочу.