Слепая надежда

Всё та же ясная аура, всё тот же аромат цветочной свежести с лёгкой цитрусовой примесю. Не знаю, что будет потом, но этого мгновения у меня никто не отнимет.

Лия вздыхает во сне, переворачивается удобнее. Провожу пальцами по улыбке, просочившейся в омаа. Сейчас ты только моя.

Омаа заполняет каждую ее клеточку, передавая слишком реальные ощущения. Во многом гораздо реальнее обычных тактильных. И вместе с ними отклик – тоже слишком реальный, чтобы не поверить.

Никогда не думал, что прикосновение моего омаа кому-то может доставлять удовольствие.

С трудом заставляю себя остановиться. Это ведь, наверное, почти измена.

Лия слегка постанывает, закусив во сне губу, слишком живо напоминая, что сам я сегодня разрядки не получил. Хочу поцеловать, почти невыносимо. С пальцев и ладоней сочится омаа, ощущаю его на губах, никак не соображу – это мне удается настолько хорошо контролировать, или он действительно не оставляет на императрице никаких следов?

«Что там снова стряслось?» – долетает недовольный вопрос Ивена, возвращая к реальности, охлаждая потоком ледяной воды.

«Спит», – отвечаю.

«Снова истерика? Чего ж ей еще не хватает? Или критические дни на подходе?»

«Тяжело с непривычки».

«Командовать-то? Ничего, к хорошему быстро привыкают».

Кто бы говорил. Молчу, нет желания спорить.

«Ты что там омаа распустил?» – хмыкает. Хотя видно ему быть не должно, не заметно, чтобы изоляция нарушалась. Значит, просто наобум наступает.

«Пробовал очистить ауру», – отвечаю спокойно.

«Получается?» – в вопросе явное любопытство. Я бы еще разок с тобой в спарринге постоял, на этот раз парой ударов не ограничился бы. Наверное, хорошо, что сейчас нет такой возможности.

«Пока да».

«Ну очищай», – хмыкает, уходя из контакта.

Уже. Ровный синий свет влечет до покалывания в ладонях, до тугого кома в животе. Я так не смогу. Прости, Ли.

Аккуратно поднимаю на руки, отношу в спальню. Еще раз просматриваю, нет ли ожогов. Укрываю. Спокойной ночи, моя госпожа.

Глава третья

Ноэлия

Не могу уснуть.

Кручусь, вспоминаю ворвавшееся в сон прикосновение омаа. Снова и снова напоминаю себе: Дарсаль предан императору и будет делать только то, что тот прикажет. Помогает все хуже.

Кажется, целую ночь верчусь, желаю чувствовать эту горячую энергию везде – в особенности там, где не хочу ощущать руки законного мужа. И прочие части тела… И постоянно себя одергиваю. Думаю о состязаниях, о разговоре с Терой и гипотезах Пени.