Твой плен

Кадим, верный повелению, также не отлетал далеко, но если какой из ДЭМов прорывался сквозь заслон лиаров, спешил воспользоваться и-плетью.

– Мараги! Мараги! – пронёсся отдалённый крик.

Слева, со стороны Кобальтового Рога приближались отряды на гнаранах. Борьба с ДЭМами всегда объединяла оба народа, но после сражения мараги вполне могли попытаться отбить своего командора. Особенно если не знают, что его фитарель уже не с ним.

Пока Сафира вглядывалась в приближающееся войско, один из ДЭМов вдруг вырвался вперёд и помчался в сторону Крайней Препоны.

ДЭМ сверкал на солнце металлическими отблесками, набирая скорость.

Сафира устремилась наперерез, отметила почти одновременное движение Лунара и выхватила и-плеть. Быстро нагнала.

ДЭМ искрил от ударов, продолжая набирать скорость. Сафира отметила приближение Кьяфа с отрядом, с другой стороны подлетал Кадим.

Кьяф что-то кричал, размахивая рукой, но Сафире не было слышно.

В этот миг пространство вдруг заискрило, будто собираясь из ниоткуда в одну плоскость, которая стремительно проявлялась.

Блуждающая Препона!

Сафира закрыла глаза, мысленно сливаясь с Каратом и давая ему приказ повернуть, но ДЭМ на полной скорости врезался в Препону. Его начало исчезло, продолжая искриться. Затем он весь втянулся в возникший разрыв.

Карат резко вывернулся, однако его крыло вошло в искрящую плоскость.

Сафира ощутила почти физически боль своего драк-коня, его круто повело в сторону и стало затягивать туда же.

Девушка оглянулась. Кьяф мчался к ней с перекошенным лицом, совсем недалеко увидела синие глаза Лунара, подумала, что, может быть, отстегнуться и спрыгнуть – и тогда её кто-нибудь поймает… Но так и не успела.

Пространственный вихрь, искрящий молниями, втянул её вместе с драк-конём, по руке, сжимающей и-плеть, прошёл разряд, и Сафира выпустила оружие.

По Карату пронеслась словно судорога, сверкающая вспышка от морды до хвоста, секунда – и верного друга уже нет, лишь волна боли от разрыва связи в голове и опадающие зеленоватые искры.

Сафира закричала, после ощутила, что падает вслед за соскользнувшим с ног седлом – единственным, что осталось от Карата.

Далеко внизу виднелась земля. Чужая. Незнакомая.