Роман с Дьяволом

Я буду ощущать, как бьется кровь под его гладкой упругой кожей. И больше мне ничего на свете не нужно.

Я не понимаю, не могу объяснить. Но он близок мне. Подонок, ублюдок, скотина. Мразь последняя. И все-таки именно он посылает по моему телу электрический ток. Разряд за разрядом.

Он не дает мне погибнуть от собственного холода.

Жила ли я прежде? Не уверена.

Я стараюсь отвлечься от размышлений, переключаюсь и отмечаю детали. Наконец на горизонте возникает хоть немного личного. Например, личное авто.

«Тойота Ленд Крузер». Мрачная и огромная. Черная, вычищенная до блеска.

Чертков не желает выставлять на показ свое благосостояние, не хвастает навороченной спортивной тачкой. В отличие от многих людей его круга. Хотя мог бы заказать любую модель в самом невероятном цвете.

У него дорогая одежда и часы «Улисс Нардан», смартфон последней модели. Но все это выглядит умеренно и лаконично, будто само собой разумеющееся.

Он предпочитает комфорт, не пытается выделиться и пустить пыль в глаза.

Он не нуждается в дополнительных показателях успешности. Он заходит в комнату и окружающие невольно сгибаются, отступают, освобождая территорию.

Он Альфа. Во всей красе.

Трудная мишень.

Он не включает радио, не включает свою собственную музыку. Мы несемся по ночному городу в полной тишине. Если только не считать оглушительные толчки крови в моих висках.

Что он слушает? Что ему нравится?

Я понятия не имею, а вот он знает меня гораздо лучше, чем хочет показать.

Он знает про ту композицию. Про выпускной.

Сила ли это? Слабость ли?

Я пока не могу разгадать.

– – -

Квартира Черткова находится в элитной многоэтажной новостройке. Здесь успели все выкупить еще на стадии планирования. Жилье для избранных, для тех, кто привык купаться в роскоши.

Я делаю немой комплимент интерьеру. Никаких излишеств, ничего кричащего. Ни золота, ни серебра. Строгие и четкие линии, абсолютная лаконичность, минимализм. Черные и серые цвета, отовсюду веет холодом, но мне это по вкусу.

Осматриваюсь по сторонам и замечаю лестницу, ведущую на второй уровень.

– Никогда не поднимайся наверх, – ледяным тоном произносит Чертков, уловив направление моего взгляда.

– Я бы вообще предпочла убраться отсюда, – презрительно усмехаюсь. – Тут как в могиле.

– Может быть, – его губы дергаются и замирают в жутком подобие улыбки. – Может быть, это место действительно станет твоей могилой.

Я не могу скрыть дрожь.