Я и мой ангел

– Ага, – ехидно поддела я, – Они выступают в стрип – клубах, если не стоят вдоль дороги.

Гольдман стал совершенно красный, маленькие глазки забегали. Я зловредно улыбалась, а Виталий, все схвативший на лету, совершенно спокойно ответил:

– Я, видимо, предложил ей лучшие условия.

– Да-да, конечно, – толстый Миша горячо схватил меня за руку и восторженно затряс, одновременно извиняясь: – Дорогая Ксения, надеюсь, вы на меня зла не держите?

– Что вы, Михаил Иосифович, конечно, нет! – успокоила я его с совершенно чистой совестью.

Никакого негатива я к нему и в самом деле не испытывала.

– Познакомьтесь, Ксения, это Тарасюк Евгений Иванович, депутат областной Думы, – наконец, вспомнив о собеседнике, представил его Гольдман.

Депутат и его помощник – консультант, парочка еще та. Я пробормотала что-то вроде очень приятно и протянула руку. Кисть депутата, несмотря на всю его респектабельность, оказалась вялая, мягкая и противно влажная. Мне сразу захотелось вымыть руки. Странно, но даже толстяк – Гольдман на его фоне не вызывал у меня таких брезгливых чувств.

Я извинилась и прошла в дамскую комнату и там тщательнейшим образом вымыла руки. В комнате никого не было, поэтому я позволила себе немного передохнуть и покрутиться перед зеркалом.

Увольнение из органов явно благотворно подействовало на мой внешний вид. Выглядеть я стала значительно лучше. Стиль одежды поменялся на сто восемьдесят градусов. Сейчас, в дорогом вечернем платье я выглядела, как вполне преуспевающая дама.

Светло русые волосы немного осветлила и теперь стала практически натуральной блондинкой. Я посмотрела в глаза своему отражению. В принципе, ничего нового – глаза, моя сильная деталь, которая занимает почти половину лица. К тому же они были настолько светлые, что меняли свой цвет в зависимости от того, что на мне одето в данный момент. Сейчас они были зеленоватыми. Я внимательнее всмотрелась в зеркало. Так и знала! Волосы в отражении внезапно слегка изменили цвет, а глаза стали ярче. Даша помахала мне рукой из зазеркалья.

– Хочешь о чем-то предупредить? – тихо спросила я.

– Пожалуй. Скоро тебя ждут тяжелые времена.

– А когда они были легкими? – уточнила я.

– Не в этом смысле. Опасность!

– Какая? – спросила я, протягивая руку к отражению.

В этот момент в комнату вошла женщина, и Даша немедленно исчезла, оставив после себя легкий шелест и мое отражение: Опасность!

Я молча вышла и вернулась в зал.