Я и мой ангел

Если опасность уже здесь, мое место должно быть около клиента. Незаметно я подобралась поближе к Виталию. Огляделась. Все находится в том же положении, в котором я оставила. Шеф тихо разговаривает с толстяком. Судя по выражениям лиц, о чем-то серьезном. Невдалеке топчется Тарасюк, бросая на них неприязненные взгляды. Ему явно, хочется послушать, о чем разговор, но его не приглашают, вот Евгений Иванович и обижается.

Подслушивание не входило в мои планы. Поэтому я остановилась на таком расстоянии, чтобы не слышать разговора.

До меня время от времени долетали только отдельные слова, но если состыковать их, выходило, что речь идет о каком-то товаре, который надо хорошенько припрятать, потому что есть другие желающие загрести его. Зря Даша меня растревожила. Вечер закончился тихо и мирно. Довольные гости разъезжались по домам.

На следующее утро Артем меня «порадовал»:

– Твой любимый Гольдман умер.

– Как, то есть – умер? – не поняла я. – Еще вчера вечером все было нормально.

– Да вроде инсульт, – пожал плечами Артем.

 – Сама знаешь, толстый он был.

– А вскрытие делали? – во мне поднял голову профессионал.

– Нет, семья не хочет. Умер и умер.

– Так, может, его убили? – возмутилась я. – Между прочим, они вчера вечером с Виталием о чем-то серьезном говорили.

– Я знаю, – поморщился Артем.

Ему явно не хотелось продолжать эту тему. В конце концов, мое-то какое дело?

На этом наши неприятности не закончились. После обеда заявилась налоговая полиция. Всех поставили по стенкам – ноги на ширине плеч.

Вытряхнули сейфы, распотрошили компьютеры но, кажется, ничего не нашли, кроме незначительной мелочи. Впервые в жизни я получила удовольствие, от того, что закон не восторжествовал, и сочувствовала стороне, возможно, его нарушающей.

Когда, расстроенные бесплодными поисками, полицейские ушли, я заглянула к Виталию и спросила в лоб:

– Успели убрать то, о чем вчера говорили с Гольдманом? – и, немного помявшись, добавила: – Я вчера слышала часть вашего разговора и сделала вывод, что это может быть опасным.

Сегодняшние события это подтвердили.

– А как ты думаешь, что здесь делала полиция? – ответил он вопросом на вопрос.

Я вспомнила недовольные физиономии замнача и Тарасюка. Нехорошая мысль закралась в мою голову.

– Они ведь, в основном, работают по наводке. Есть варианты, кто навел? – я хотела услышать подтверждение или опровержение своим мыслям.

– Есть. А может, и твои бывшие коллеги здесь тоже руку приложили.