Мамочки, я влюбилась в дракона!

Вот только наступившее утро было не очень добрым.

Асвёр проснулся первым и очень удивился, обнаружив на своем лице чьи-то волосы. Разноцветные волосы! Как он разглядел, приподняв прядь. Первая паническая мысль заметалась в пустой голове: «Я что, так напился, что пошел в комнату к Марии?!». Это сколько он выпил, чтобы спать спокойно? То есть он всю ночь действительно спал, кажется, прижимая к себе попаданку, потому что вторая рука находилась на ее, кхм, ну пусть будет талии. Почему не почувствовал, что в постели не один?

Восстановив в памяти вчерашний ужин, проведенный в приятной компании драконов, понял, что нет – вот именно столько он и не выпил.

Ужин с Машей он бы просто не пережил, тогда как сальные шуточки и обсуждение похождений молодости были весьма кстати. Они приятно посидели, запивая отличное мясо прекрасным эльфийским, потом, кажется, были еще настойки от оборотней. Весьма интересно было сравнить, скажем так, впечатления о некоторых леди и не совсем леди. Но Мария?

Интерьер комнаты ясно давал понять, что это точно его спальня.

Его кровать. И в его кровати Мария! Искра буквально прилипла к нем и довольно сопела, уткнувшись носом ему в ключицу. Просто нагло дрыхла, натянув на себя его рубашку. Пришел и уволок к себе? Это полнейшая глупость. Тем более тогда на ней не осталось бы и нитки.

Убрав разноцветный кошмар со своего лица, отстранился от девушки и приподнялся, нависая.

– Марррррррия! – от рыка звякнули стекла в окнах. – Какой бездны ты тут делаешь?!

От такого его тона в обморок падали особенно впечатлительные драконицы, а драконы вытягивались в струнку.

Маша же вздохнула и, не открывая глаз, потянулась.

– Поднимите-е-е мне веки-и-и, – протянула она. Широко зевнула, даже не подумав прикрыть рот ладошкой, и наконец-то распахнула глаза. Вот только в голубой глубине не было и тени испуга, там плясали искорки смеха.

– Асвёрчик, радость моя, ну чего ты так страшно рычишь? – ее губы растянулись в ехидной улыбке. – Такой грозный, ух просто! Чуть заикой не оставил.

– Марррия, – и снова этот грозный рык, – не смей меня так назвать!

– А ты бы, прежде чем скандалы по утрам устраивать, убрал бы свою руку с моег о бедра, – она многозначительно поиграла бровями.

Колдун так поспешно отдернул руку, будто обжегся, и сел на кровати с такой прямой спиной, как кол проглотил. В потемневших зеленых глазах вспыхнули золотые искры.

– Прикольно, – Машка тоже поднялась и подалась вперед, почти соприкоснувшись с Асвёром носами.