Все потерять

Вскоре перестало капать с потолка, стены стали сухими. Кое-где начали попадаться рисунки, точно сделанные не пещерными людьми: вполне современные мультяшные герои, выполненные цветными мелками.

Здесь были дети, с изумлением осознал Таймин, оглядываясь. Здесь, под землей, действительно был чей-то дом.

3. Пусть все же способ был

В конце коридора кто-то постоянно скулил. Не прекращая, и днем и ночью. И Райер уже его возненавидел, этот ноющий голос, без конца просивший воды. Как сквозь завесу видел тяжелые ботинки, остановившиеся напротив глаз.

Выше глянуть сил уже не было, все смотрел и смотрел на кончик шнурка, выбившийся из узла, пока он не начал расплываться на десять, потом больше ниток. Закрыл глаза, устав считать расползающихся змей.

«Скорей бы», – тупо попросил сам не зная о чем. Понимал только, что так долго продолжаться не может; это безумие, в которое его затянуло, должно как-нибудь окончиться. Любой конец готов принять, боль становилась иногда невыносимой, рвала на части уже не только руку, горело все тело в огне.

В такие моменты думал о Джуне, который терпел жар постоянно. Значит, и он мог терпеть, не слабее брата был. Сжимал ноющие челюсти, в которых болел, казалось, каждый зуб, и ждал. Когда же это чем-нибудь окончится.

«Ненавижу»

– Инспектор, – ровный голос разноцветного демона врезался в уши.

«Ненавижу»

– Как вы себя чувствуете? Готовы давать показания? – Дайтор Риз присел на корточки, заглядывая в лицо Райера с искренним волнением, скорбно покачал головой.

 – Вы должны дождаться суда. Имейте совесть, не можете сбежать раньше.

«Ненавижу тебя, сволочь»

Боялся, что обвиняемый умрет и лишит его удачно закрытого дела.

Сколько дней прошло – Райер не имел ни малейшего представления. Мог быть один, или неделя. Или десять недель. Хотя вряд ли, он бы уже умер от голода. Медиков больше не видел, по крайней мере, пока был в сознании. Приходил ли отец – тоже не знал. Единственный, кто всегда был рядом, когда бы ни открыл глаза – инспектор Риз.

Вежливый, обходительный, говоривший с ним так ласково, что натягивался каждый нерв и внутри все каменело.

– Пошел к черту, придурок, – выдохнул Райер шнуркам. Удивился, что не спалил их своим дыханием. Скоро начнет плеваться огнем. Представил, как это будет выглядеть, хрипло закашлялся вместо смеха.

– У вас бред, – сообщил ему Риз.

– С ума сойти, – прошептал Райер и провалился в темноту.