Душа вечности. Ты не тот, кем являешься на самом деле

Она медленно потянула левую руку к голове Алекса, а вторую к сердцу, закрыла глаза и начала выискивать проблему непосредственно в самом теле. Немного поискав, принцесса ее нашла, направила руки поближе к тому месту и тут же ладони начали испускать еле заметный белый цвет, проникая во внутрь и залечивая то, что являлось несовершенным. Вивьен вкладывала всю себя, чтобы помочь. Ей становилось невыносимо больно и тяжело сконцентрироваться, она могла в любую секунду отключиться, но продолжала, несмотря ни на что. В приоритете был мальчик, потом все остальное, звучала у неё в голове.

В конце концов силы закончились, но их, слава вселенной, хватило. Принцесса еле открыла глаза и посмотрела на свои руки, которые потряхивало. Сделала глубокий вздох и перевела взгляд на мальчика, дыхание которого окончательно нормализовалось. Алекс открыл веки, посмотрел своими карими глазенками на девушку и охрипшим голосом спросил:

– Кто вы, и где моя мама?

Вивьен спрятала трясущиеся руки от взора ребенка, чтобы его не испугать.

– Твоя мама здесь и очень гордится тобой.

– Это вы мне прошептали на ушко, что поможете, но взамен я должен буду выполнить обещание?

– Да, ты очень догадливый и смышлёный, Алекс. А ты знаешь значение своего имени?

Он отрицательно покачал головой.

– Имя Алекс означает защитник. Поэтому я хочу, чтобы ты мне пообещал, что бы ни случилось защищать, помогать и любить свою маму. Вырасти благородным и сильным человеком, Алекс, потому что имя у тебя сильное, а значит и ты будешь.

Надеюсь, мы с тобой ещё встретимся, когда это случится. А пока, я хочу, чтобы наш с тобой уговор остался в тайне ото всех, даже в тайне от мамы. По рукам?

– По рукам.

– Вот и отлично.

Вивьен хотела потрепать Алекса по его кудряшкам, но увидев свои руки, делать этого не стала. Улыбнувшись мальчику на прощание, девушка ушла. В отдалении она только услышала счастливые отголоски матери и смех мальчишки. Ради этого стоило пожертвовать практически всеми своими силами.

Принцесса вышла из лазарета, кое-как переставляя ноги.

Каждый шаг для неё уже был целым непреодолимым подвигом. Вдруг в коридоре она заметила своего брата Вильяма.

– Вильям, – окликнула она его.

– Вивьен, – переспросил он.

Он не узнал её, потому что ее лицо слилось с цветом больничной одежды. Под глазами пролегли огромные черные синяки, а сами глаза стали красными и опухшими. Руки тряслись так, что аж смотреть страшно было. На голове повязка, которая уже пропиталась кровью.