Всадники Перна. Сквозь тысячи лет

Д’лин подлил масла в огонь и спросил:

– Почему независимый цех всадников должен подчиняться лорду и выполнять его требования?

Безик фыркнул:

– Если вы так независимы, как говорите, попробуйте-ка обойтись без моей десятины! – Г’бол усмехнулся про себя, вспомнил, что всадники обоих Южных Вейров добывали себе пищу сами, а «десятиной» Безик называл разрешение охотиться на его землях. – Что вам стоит сделать то, что мне нужно? Это пара пустяков!

– Простите меня за неосведомлённость, а что, собственно, вы просите? – с укором в голосе спросил Г’бол.

– Как это что? Прилететь на остров не в меру зарвавшегося Фенола, пригрозить огнём, заставить вернуть земли хозяину, то есть мне, наследнику Торика! – Безика возмутила непонятливость всадников.

Д’лин строго посмотрел на лорда и сказал:

– Всадники Перна никогда не стануут нападать на людей, мы их поклялись защищать!

Слова охладили пыл Безика. Г’бол ясно дал понять, что говорить больше не о чём. Лорд в ярости пробормотал что-то непристойное про всадников, но на просьбу повторить слова не ответил: побоялся гнева двоихх Предводителей.

Безик развернулся и направился обратно к своему холду. Ещё пару минут после разговора слышались проклятия лорда, а потом он скрылся за поворотом, и порыв ветра унёс его брань далеко в сторону.

Всадники зааплодировали Предводителям за то, что они блестяще отбили словесную атаку вздорного лорда. Но Г’бол лишь покачал головой и мрачно произнёс:

– Боюсь, так просто разговор не закончится.

Поднимем вопрос на ближайшем Конклаве. Ни один лорд не имеет права посягать на земли всадников!

***

Маллинг и Нобил прилагали все усилия, чтобы мужественно перенести потерю, но постоянно срывались на плач, и никто не винил их за это – всадники прекрасно понимали горе, постигшее бывших собратьев. Седра дала волю горячим слезам, щипавшим щёки. Когда Пинна вернулась и дала всем троим бенденского вина с успокаивающей настойкой, бывшие всадники сдержали рыдания.

Конечно, женщина сочувствовала потерявшим дракона, и её участливый взгляд смягчил душевные раны – но залечить их полностью не удастся уже никому, ведь почти невозможно заполнить пустоту, что осталась после тяжкой утраты. Маллинг и Нобил долго сидели на лежаке. Они отрешённо уставились на дверь. Седра изредка всхлипывала и хранила горестное молчание. Пинна догадалась, что им нужен отдых, подозвала мальчика, чтобы принёс ещё вина.