Человекообразные

Таким и должен быть сын колдуна, призванный не только унаследовать, но и приумножить способности своего шнур… предка. Анатолий даже не безосновательно побаивался его после нескольких случаев вулканических чирьев, возникших на его седалище и необъяснимо совпавших по времени с проведенными педагогическими экзекуциями.

– Я новую игру знаю, – компромиссно снизошел Рыжик.

Ну конечно, у его дружка из соседней квартиры случилась ангина, и играть стало не с кем. Анатолий решил принять Как Есть то, что его сын невольно пришел ему на помощь в попытке хоть как-то изменить серую обыденность.

– Играем в новую игру! – вяло-радостно объявил Анатолий.

Алена отставила чашку, вытерла платочком сопельку сыну и устало улыбнулась. Тот немедленно убежал за реквизитом.

– Вот! – он забрался на стул, закрывшись от всего света локтями, попыхтел с карандашом над листком бумаги и тщательно завернул его верх, оставив видным только нижнюю часть своего рисунка.

– Теперь ты дорисовывай, па! Но не все, маме оставь!

Анатолий взглянул на две вертикальные черточки, выглядывающие из скрытой завернутости и привычно напряг ясновидение. Ну, конечно, там голова человечка, а две полоски – его шея. Нужно пририсовать туловище где-то до пупка, оставив остальное жене.

Алена, в свою очередь, посмотрела на три черточки, выглядывающие из-под завернутости и напрягла свое ясновидение. «Ну, до чего может еще додуматься этот…» – снисходительно усмехнулась она и небрежно дорисовала свою часть.

Анатолий торжественно развернул коллективное творение и тихо офигел. Вдоль его позвоночника проложили тропу суетливые мурашки.

– Р… Рыжик, кто научил тебя рисовать Это? – выговорил он, стараясь не смотреть на жену и нервно комкая листок.

Рыжик потускнел, своим ясновидением остро предчувствуя очередную педагогическую репрессию.

– Танька… – шмыгнул он новой сопелькой.

«Так. С этой акселерирующей чертовкой его сын больше не водится. Хотя…» – Анатолий живо представил то, во что переходило нарисованное им туловище над плечами и то, во что оно превращалось внизу и заразительно расхохотался.

– Слушай, как ты могла подумать, что я нарисовал такое? – наконец спросил он жену, – ну, я же не такой примитивный, а?

– Да уж, раньше мы друг друга лучше понимали, – укоризненно заметила Алена.

– Хм. Действительно.