Корона из перьев

У Вал внезапно сделался скучающий вид, будто солдата тут и не было. Она убрала нож и с силой толкнула паренька в спину. Покачнувшись, тот оглянулся. Потер шею, размазывая кровь, струящуюся из небольшой ранки.

Вал изобразила свою самую прекрасную и грозную улыбку и наставила на него кинжал.

– Увижу еще раз, имперская ты крыса, и разговоров не будет. Говорить будет нож. Как и сегодня, ты ничего не заметишь. И лепет моей сестрицы тебя не спасет. Даю слово.

Кивая, парень слегка поклонился. Поискал в траве самострел, брошенный спутником, поднял – показав, что убрал палец со спускового крючка, – и попятился в заросли.

Какое-то время слышались его тяжелые и неровные шаги: он убегал, посекундно оглядываясь.

Наконец в лесу снова стало тихо. Вал убрала трофейный нож за пояс.

Хижина почти не изменилась, разве что ящик с припасами стоял открытым, тюфяк лежал перевернутым, а глиняный горшок валялся на боку, и от кромки к отколотой ручке спускалась трещина. Солдаты были правы: брать в доме нечего.

Вал принялась складывать в ящик добытые в Раннете продукты.

Деревня стояла в четырех часах хода к югу, на краю Предгорья, в ней любили останавливаться торговцы из долины. Вероника мялась в дверях, сжимая в руках корзинку с чесноком и картошкой и гадая, что будет дальше. Она наконец осознала произошедшее, и у нее задрожали руки. Волны эмоций – потрясение, страх и ужас – быстро сменив друг друга, отхлынули, оставив после себя пустоту. Собственное тело казалось Веронике дрожащей пустой оболочкой. Она ждала, что худшее еще впереди.

Уж конечно, Вал злится, и уж конечно, ей есть что сказать, в чем упрекнуть и предупредить сестренку. Но пока что она ворошила дымящиеся угли очага и подкидывала хворост из корзинки. Затем поставила на край очага выщербленный горшок.

– Вероника, закрой дверь, – не оборачиваясь, велела она. Казалось бы, простые, понятные слова, но у Вероники зашевелились волосы на загривке.

Вероника немного помедлила, мысленно призывая Ксепиру и надеясь, что увлеченная хозяйством Вал не заметит, как феникс вернется.

Когда птица влетела в открытую дверь, страх немного унялся. Чувство защищенности пошатнулось, но пока она и ее питомец вместе, ей ничего не страшно.

Вероника затворила дверь, а Ксепира тем временем спланировала на пол и принялась с любопытством исследовать клювом запасы еды. Потом отлетела в сторону.

Вал следила за фениксом с непроницаемым лицом. Потом достала из-за пояса солдатский нож и протянула его сестре.