Добро пожаловать в чудо

 – Востроносый расхлябанно прошёлся перед ним и приткнулся к стене, упершись плечом. – Сам вещал на весь тоннель, что единственно хозяин может пользоваться мешком. Ну вот и пользуйся. Колдуй. А не то мы своё волшебство применим. – В руке мелькнула заточка.

Саша вздохнул – у него были все основания опасаться, что мешочек наотрез откажется выполнять желания.

– Что колдовать?

– Еды, как я понял, он не делает?

Главарь переплёл пальцы, в упор глядя на майора. Тот покачал головой.

– Ну и шут с ней. Давай тогда о делах наших скорбных покалякаем.

Надоело мне шляться в этом подземелье. Так что наколдуй-ка ты нам выход отсюда.

– Как вы это себе представляете? Дверь? Ворота? Как это поместится в мешок? – попытался майор.

– А хоть бы и ворота. Мешок же недаром бездонный. Вот пущай работает.

Дубков пожал плечами и брякнул наугад.

– Осторожно, двери закрываются.

Мешочек, как это было и в первый раз, задёргался в руках, а затем обвис, потяжелев. Дубков сунул руку внутрь и вытащил «Мануал».

Ну кто бы сомневался. Бесконечная печатная фабрика у него там, что ли?

– Чё эт? – оживился остроносый.

– Инструкция. По применению, – пояснил Дубков. – Это надолго. Может, присядем?

Двоих похитителей оставили на стрёме – наблюдать за тоннелем, остальные рассредоточились вокруг. Один, усевшись возле стены, развлекался тем, что втыкал нож между растопыренных пальцев. Остроносый ворошил мануал, время от времени выдёргивая из него страницы и яростно сминая их. Седовласый главарь расположился в стороне ото всех, а по правую руку от него пристроилась единственная здесь женщина.

Она время от времени метала свирепые взгляды на майора и что-то нашёптывала своему избраннику. Дубков старался не встречаться с ней взглядом.

За прошедший час мешок так и не пожелал исполнить просьб. Зато Саша – вкупе с похитителями – узнал новую порцию того, что мешок не делает.

Не способен сотворить то, что было придумано после его создания. А так как модель им попалась устаревшая…

Не может наколдовать жидкость.

Не причиняет людям вреда.

Создает карты, катастрофически не соответствующие действительности.

Не поддается на уговоры. Даже слёзные. Спутница главаря лично проверяла.

Идея с ковром-самолётом тоже не прошла.

– Ну и что делать-то будем? – поинтересовался майор. – Есть ещё желания, которые опробуем?

Ситуация всё больше заходила в тупик. И это пугало. Бывает та, запредельная, степень отчаяния, когда становится уже всё равно.