Арабская вязь (сборник)

На углу Пасео и Пятой мужчина еще раз внимательно огляделся и поднял руку:

– Такси!

Первый же водитель, безошибочно определив в голосующем иностранца, прижался к обочине:

– Сеньор?

Машина попалась очень старая и больше всего походила на консервную банку с колесами – не то польский мини-«фиат», не то вообще инвалидная мотоколяска. Под стать ей был и человек за рулем: седой негр лет шестидесяти в майке с портретом Че Гевары.

– Акуарио Националь де Куба.

Это название пришлось выучить назубок сразу же после прибытия.

Прежде всего, район, где находится национальный музей-аквариум, знает в Гаване каждый, кого ни спроси. И желание иностранца посетить эту местную достопримечательность вполне естественно. К тому же не всегда и не всем следует указывать настоящую цель поездки, а от аквариума до нее буквально рукой подать.

– Мирамар? – На всякий случай уточнил водитель, открывая дверцу.

Мужчина кивнул и полез на переднее сиденье.

– Дос долларс, – назвал он цену и для наглядности отогнул два пальца.

Водитель замотал головой и растопырил пятерню:

– Синко!

– Да ты чего? – по-русски возмутился пассажир. – Ну, блин, вы тут вообще…

Не то чтобы жалко было денег – просто хотелось проверить, не подогнали ли ему профессиональную «подставу» из службы наружного наблюдения.

– Три бакса! Понял?

Видимо, старик все же был обыкновенным частником: торговался, стонал, охал, показывал жестами, как далеко придется ехать и сколько стоит на черном рынке бензин, – пока, наконец, не сошлись на четырех американских долларах.

– Да и черт с тобой! Поехали, – отмахнулся пассажир.

Водитель со скрежетом «воткнул» первую передачу, и машина тронулась с места, оставляя позади себя шлейф черно-сизого дыма.

Сначала справа все время было море. Потом, после тоннеля, по обе стороны от дороги замелькали среди тропической зелени ухоженные особняки посольств, государственных учреждений и домов номенклатуры.

Некоторое время водитель пытался расспрашивать пассажира о чем-то еще, но, наткнувшись на нежелание совместными усилиями преодолевать языковой барьер, оставил его в покое. И остаток пути только кряхтел по-стариковски да насвистывал какой-то простенький мотивчик в ритме сальсы.

Мужчина же много и с интересом крутил головой по сторонам – что вполне естественно для иностранного туриста, впервые попавшего в один из самых живописных уголков Гаваны.