Свободу демонам!

Но одна идейка, которую я крутил в голове весь вечер, наконец-то стала осмысленной.

Это другой мир. В старом мире я умер, когда меня пристрели. А в этом мире я жил с сестрой. Но здесь я, или кто там был вместо меня, тоже умер, когда получил битой по голове. Я оказался в своём собственном теле, только немного моложе. И сестра ещё жива.

Я потёр лицо. Юля-Лия тот же самый человек, что и в моём мире. Я вижу её и понимаю, что это она. Это какой-то альтернативный мир? Не знаю. Что-то в нём похожее, что-то совсем другое.

Главное, что я могу зарабатывать тем, что я умею лучше всего. Я же один из самых крутых нокаутёров в ММА, здесь мои навыки пригодятся. Там у меня было тридцать побед и не одного поражения.

Здесь противники страшнее, но всё же я победил целого демона. Справлюсь и с остальными. А для этого нужно устроиться в ту семью? Кажется, в этом мире стать членом семьи Квинт – всё равно что родиться сыном депутата.

Только почему их называют охотниками?

И самое главное – откуда здесь демоны?

Я распахнул глаза.

Я в своей квартире, и мне приснился сон. Ведь я победил того негра и уехал домой. А Лия… Юля, ведь её же больше нет.

Это был сон.

Сука! Долбанный сон!

Я поднялся на ноги и изо всех сил врезал по стене, отбивая кулак. Ночник оторвался и с грохотом упал на пол. Где-то залаяла собака. Ну здорово, перебудил всех соседей.

Дерьмовый сон, лучше бы не снился. Какие-то демоны, что-то ещё. Я провёл последний бой против того негра, отправив его в нокаут. Отличная победа, которая меня не радовала. А Старый Герберт – всего лишь сон. И моя сестра тоже.

Ветер дул всё сильнее. Я забыл закрыть балкон. Я подошёл к нему, но…

Тут было так много красного песка, что он доставал до балкона, а я жил на девятом этаже. Других зданий я не видел. Это сон? Слишком реальный. Я слегка себя ущипнул. Не похоже на сон.

Не было ни солнца, ни луны, вообще не было видно неба. Вместо него что-то красное, нависающее очень низко, как потолок. Что-то, похожее на огромные сталактиты свисали сверху.

Вместо горизонта горы, окружающие пустыню со всех сторон. Ровные, будто пустыни внутри какой-то чаши. Я развернулся, чтобы вернуться домой, но балкона уже не было.

Я стоял босиком посреди красной пустыни на очень горячем песке. А передо мной находилось здоровенное и жуткое кресло.