Волк 6: Лихие 90-е

Да и я хотел поставить на дежурство ещё одну группу быстрого реагирования в городе кроме той, что уже была.

Вопрос с расширением должен решиться до конца года, и завтра для этого сюда приезжают наши клиенты из Питера. Владельцы комбината хотят провести переговоры с собственниками на месте, чтобы получить ещё пару предприятий.

Соседи по купе теперь разговаривали про красноярский алюминиевый завод, на котором постоянно шли тёрки братвы и властей, а поезд гнал дальше. Скоро он снова стал замедляться, и я уже видел Новозаводск из окна.

Не был здесь пару недель, улетал в Питер, где устроил много дел, которые хорошо увеличат доход, не только мой, но и тех, кто был рядом со мной. Оттуда вернулся на самолёте в Читу, и сейчас ехал домой на поезде.

Сначала показались частные домики на окраине города, потом хрущёвки, потом уже вокзал. Я накинул дублёнку, мягкий шарф и тёплую меховую шапку, потому что декабрь, а зимы у нас действительно холодные. Соседи тоже кутались в тёплое, чтобы наверняка не замёрзнуть.

Вышел на перрон с сумкой на плече и чёрным кожаным портфелем в руках, а в глаза сразу бросилась встречающая кого-то братва, столпившаяся у соседнего вагона. Вот и хорошо заметная разница между питерскими бандитами и забайкальскими. Пока питерские ходили в модных кожанках или плащах, и часто без шапок, местные братки поголовно или в дублёнках, или в кожаных куртках с тёплой подкладкой, или в коротких мужских шубах. А на голове или меховые кепки, или вообще хит сезона, норковые шапки, у который твёрдые уши подняты вверх под углом, домиком.

– О, Макся! – услышал я и повернулся. – Мы тут!

Кирилл пританцовывал от холода в красном китайском пуховике и серой вязаной шапочке. Вот опять, давно не виделись, но он стеснялся показывать, что очень рад моему возвращению. Так что просто снял варежку из коричневой шерсти и пожал мне руку, потом взял сумку. Так уж у нас было принято не показывать эмоции.

Зато стоящий за его спиной Женя в растёгнутой дублёнке и меховой шапке улыбался до ушей.

Ветер трепал концы клетчатого шарфа.

– Волк, ну чё, как там в Питере? – он стянул правую кожаную перчатку.

– Дождь идёт, – я хмыкнул, пожимая ему руку.

– Да ладно? – недоверчивым голосом спросил Женя.

– Ну а чё, обычный декабрьский питерский дождик, – я поправил шарф. – Там и зимой льёт. Ладно, поехали, парни, а то и правда холодно.

Сейчас, наверное, минус сорок, а то и холоднее, ведь на улице стоял густой морозный туман. Лицо моментально онемело.