Враг государства

Если нажать в одно место, то шлем откроется, тогда получится свернуть ублюдку шею. Не потому, что Виктору жалко кота… просто Ник бы этому возмутился.

– Гидеор Коринес! – прикрикнул обсерватор. – Где ваши манеры? Держите себя в руках или отправитесь на улицу!

– Простите, господин обсерватор, – дигерин сбросил с вешалки куртку Ника и вытер об неё ботинок. – Ненавижу кошек.

– Ищем улики, – сказал другой дигерин, до этого молчавший. – Господин Райвенгов, мы вас позовём.

Виктор сел на кровать Ника, не заправленную, как всегда.

А дигерины, четверо, если не считать обсерватора, вели себя, как полноправные хозяева. Один открыл шкаф и начал выбрасывать из неё вещи. Другой раскидывал бумаги, что-то выискивая. Среди аккуратных записей лекций видны неоконченные рисунки. Один, тот, кто пинал кота, сбросил на пол несколько горшков с цветами и теперь лениво копошился в земле и керамических обломках ногой. Кто-то начал греметь посудой на кухне, разбив несколько чашек.

– Извини, – сказал Медведь, подбирая испуганного кота и гладя по голове.

 – Я не должен был так говорить. Просто я… он же мой друг… как же так? Я же мог успеть…

– Тебя нельзя здесь находиться, – ответил Виктор. – Если тебя увидят…

– Не увидят, пока не захочу, – Айзек отпустил кота на кровать.

– Кто же из них выстрелил? – спросил Виктор, больше сам у себя. – Кто-то из тех, кто в этой квартире, определённо.

Медведь не ответил. Его вообще тут не было, здесь только сам Беда и кот Марк Тулий, который вылизывал вздыбившийся хвост.

Виктор попытался осмотреть, чтобы понять, не повредил ли ему что-нибудь тот пинок, но кот с мяуканьем убежал к входной двери, услышав, как она открылась.

– Кошку не снимайте, – потребовал кто-то из вошедших на удивление знакомым голосом. – Может вызвать симпатию. Свет отрегулируйте, чтобы выглядело помрачнее, и тусклым. Всё должно быть серым, как и положено логову террориста. Беспорядок оставьте.

– Господин Сардан, как же я рад вас видеть, – сказал кто-то из дигеринов.

 – Мы уже подготовили вам площадку. Найдено оружие, стимфалийский порошок и запрещённая символика.

– Спасибо, офицер, я ценю ваш профессионализм. Этот репортаж будет особенным. Даже жаль, что последний.

– А куда вы уходите? На повышение?

– Надеюсь-надеюсь, – незнакомец елейно рассмеялся. – Но я уже стар, оставлю дело молодым и талантливым.

– Эх, а мне так нравились ваши выпуски…

Процедура взаимного восхваления продолжилась, но Виктор больше не слушал.