Бенгардийская история

Но Акил не мог это так оставить и мысленно обратился к Ананду: «Чтобы завтра змей был готов!» Да, бенгардийцы умели общаться, не открывая рта, достаточно постучать кому-то в голову, как в парадную дверь, и, если вам откроют, мысленно передать слова.

Когда Алатар остался наедине с Анандом, он спросил:

– Теперь расскажешь мне, что случилось на самом деле?

Ананд доверял Алатару, поэтому привёл его к эдельвейсам. Принц пристально разглядывал цветы, наклонив голову набок. Ананд почему-то сгорал со стыда, и в то же время в нём говорила гордость.

– Как настоящие, – игривым голосом признал Алатар.

Ананд бросился к нему, обняв его за переднюю лапу, – стыд всё же пересилил, и тигрёнок взмолился:

– Алатарчик, пожалуйста, не выдавай меня никому!

– Не выдам, даю слово, – озарил его очаровательной улыбкой бенгардийский принц. – Но я хочу коё о чём попросить тебя. Не будешь ли так добр поделиться со мной одним из своих эдельвейсов?

Ананд с лёгким сердцем улыбнулся – как же хорошо, когда тебя понимают!

– Ну, конечно! Конечно, забирай сколько душе угодно, хоть все, мне не жалко!

– Хватит одного, – с добрым смехом решил Алатар.

 – Но и ты дай мне слово, что, пока не подрастёшь, никогда не будешь создавать живое искрой – это может кончиться бедой. Нельзя растрачивать свою душу на пустяки. Пусть и на пустяки подобной красоты. Но сперва мы должны выкопать эдельвейсы и унести их выше в горы: здесь их могут заметить взрослые, а если я признал в твоих цветах их ненастоящность, взрослые – и подавно. Но в тебе определённо есть талант. Большой талант. И большое непослушание.

Принц с тигрёнком выкопали эдельвейсы. Но как их перенести все сразу? Тогда Алатар предложил усадить цветы корешками в его полоски – в них раскрылась глубокая пустота, словно внутри у тигра не было ничего. Принц ступал неспешно, словно кочующий остров, полный цветов.

Чтобы не скучать в дороге, между ними завязался разговор:

– Чужакам, чтобы сделать живые цветы, нужна малахитовая кисть и малахитовые краски.

Хотел бы я посмотреть на лицо какого-нибудь кинокефала, когда он увидел бы, как тигрёнок из Бенгардии просто закрыл глаза – и на тебе, эдельвейсы! – смеялся во всё горло Алатар.

Ананд рассказал, как придумал эдельвейсы из выпавших молочных зубов.

– А зачем ты вообще за это взялся? Тебе мало занятий в школе? Нет, я понимаю, любопытство, пытливый ум и всё такое… Но ты вроде послушный ученик. И к тому же бенгардиец.