Малахитовый лес

Как вы, живые, потеете, так и она льётся и льётся как из ведра.

– Видели бы вы, какие чудеса мы вытворяем из нашей слизи! – похвастался тигр-призрак на двух лапах. – Мы вам непременно покажем. Одна будет к вам просьба – без резкой критики! У тётушки слабое сердце, и оно слабеет каждый раз, когда её труды нещадно разбивают в пух и прах.

– Ладно… – пошлёпал губами Репрев. – К чему я веду… Если вы не выносите солнца, чего нам стоит сорвать с вас ваш мусор и спокойно пройти через вашу Бенгардию?

– Вы думаете нас… убить? – осторожно поинтересовался стоящий на двух лапах тигр-призрак.

– Убить, изгнать… какая разница – смысл-то один, – ответил Репрев.

– Если вы решитесь нас убить, вы не сможете пройти испытание, – не страшась угроз Репрева, спокойно сказал тигр-призрак. – Не пройдёте испытание – навсегда останетесь в Бенгардии. А может быть, сами станете призраками и займёте наше место.

– Мы вторые после Ориона, кто идёт через опустевшую Бенгардию за малахитовой травой. Раньше бенгардийские тигры шли за ней отсюда, с этой площади – тогда Зелёный коридор ещё не забрал эти священные земли, – сказал Алатар.

– А ты довольно неплохо посвящён в наши дела для небенгардийца, – подозрительно взглянули на него призраки.

– Не прогуливал уроки истории в своей обычной небенгардийской школе, – сказал Алатар. – Говорите, какое испытание вы нам приготовили?

– Несложное, – ответили призраки. – С ним справится и ребёнок. Кроме вашего ребёнка – фамильяры не участвуют.

– Вы помните, кто такие фамильяры? Похвально, – что-то вроде усмешки появилось на губах Алатара.

– На самом деле не очень, – с грустью признался призрак на двух лапах. – Некоторые слова нам нашёптывает царь Зелёного коридора.

– Царь Зелёного коридора? – переспросила Агния. Неуютно обнимая себя за острые плечи, она подёрнула ими, как от озноба, и оглянулась по сторонам, словно ища кого-то.

– Да, царь! – подтвердил призрак в морской раковине.

– И малахитовую траву тоже он создал? – криком спросила Агния.

– Нет, дитя моё! – рассмеялся тигр-призрак в шляпе, держа на груди лапу и запрокидывая усатую морду, а ус, попав под солнечный луч, вспенился, и с него стекла прозрачная и вязкая, как яичный белок, слизь. – Малахитовую траву создал артифекс, и никто, кроме артифекса, её создать не смог бы.

– Но кто этот царь? – робко спросил Астра.