Тайна Сундуков: Избавление

Именно поэтому теперь, когда ярко светило утреннее солнце и мирный ветерок покачивал ветки раскидистых деревьев, большая часть населения крепостной столицы могла спать спокойно. Хотя было бы крайне опрометчивым и неправильным говорить, что в столь знаменательное утро кто-то в Асбероне видел десятый сон. Широкие улицы и узкие проулки были заполонены жителями. У главных же ворот замка собралась толпа. Прошло совсем немного времени с тех пор, как армия захватчика Глаумара была разбита, а сам он повержен руками собственного подданного.

Но улыбки на лицах людей красовались не по этой причине, а потому что в этот самый день короной правления должен быть благословлен наследник престола, сын Бельгаверта. На лице одного из пришедших не созерцалось ни улыбки, ни гримасы, ровным счетом ничего – это был Владек. Терзаемый противоречивыми чувствами, он витал в своих мыслях. Казалось, что он не воспринимал мир вокруг себя, настолько глубоко был погружен в самого себя. Угрюмый стоял он перед саркофагом своего отца. «Его Святейшество владыка Бельгаверт, триста шестой правитель Рамириона при жизни и в мире грез» – было начертано на нем. Владек, не отводя взора, смотрел на эту надпись.

– Отец… – прошептал он, не в силах унять свою скорбь, – почему, ну почему так случилось? Я ведь не знаю, ничего не знаю о том, как управлять землями, как вести за собой людей, – Владек облокотился на саркофаг, и горькая слеза тут же упала на него. – Ну как, как я вообще могу быть твоим сыном? Я не помню ничего из той жизни, которую провел с тобой, пусть я был мал, но не может же быть так, что…

Послышался стук в дверь.

– Сир, вы там?

Владек не хотел отвечать, он не чувствовал, что был этим самым «сиром».

– Я здесь, – все же сказал он.

Дверь тут же распахнулась. Внутрь просторной комнаты вошел высокий мужчина лет шестидесяти. Одет он был в длинные полы одежд темно-зеленых и черных тонов, а на голове его красовался пышный шаперон.

– Ваша милость, пора, – молвил он, учтиво кланяясь.

Сначала Владек проигнорировал сказанное, но затем ответил, все еще не спуская взгляда с саркофага:

– Пора… Какое многогранное слово. Вам так не кажется, Осберт? Оно может означать и время года, и время, которое настало для того или иного человека, невзирая на все его почести и титул.

– Господин, весьма сожалею, но боюсь, сейчас не время для…

– Не время?! – перебил Владек, разворачиваясь к вошедшему.