Клятва у озера

Глава 2

Прекрасное лицо Белинды Рочестер скривилось, и из ее глаз хлынули потоки безудержных слез. Флинн Брэдли понял, что победил. Ведь избалованная принцесса привыкла получать все на блюдечке с голубой каемочкой. Как и ее младшая сестра.

Потом она закрыла лицо руками, словно пыталась спрятаться от них всех. Спрятаться от правды. Если только она рыдала не от злости. Нет, ее слезы были совершенно искренними – слезами отчаяния. Так же горько плакала его мать, когда пришло известие о гибели Дрю. Они узнали об этом от правоохранительных органов, а не от великих и могущественных Рочестеров, которые снизошли лишь до того, чтобы прислать им краткое соболезнование.

Казалось, весь медицинский состав клиники собрался, чтобы успокоить младшую сестру Гвен. Один из медиков что-то бормотал о гормонах, которые ей кололи, и о реакции на их действие. Но говорил он это скорее для собственного спокойствия. Наконец она взяла себя в руки. Итальянец метался по палате, постоянно поглядывая на часы. Охранник был готов ко всему.

Юристы сохраняли спокойствие и терпеливо ждали конца истерики.

А он…

Флинн едва стоял на ногах, испытывая неимоверное облегчение. Он все-таки успел.

Десять тысяч миль по воздуху, три часа бешеной езды на автомобиле – и вот он прибыл к самому началу. Он повел себя неразумно, решив пройтись по окрестному парку, но ему надо было успокоить нервы, почувствовав под ногами привычную землю после хождения по асфальту. Получение судебного запрета стало первой победой Флинна. Он перехватил его по пути из Хитроу у судебного пристава и сразу бросился в клинику, в юридический отдел.

Когда он узнал, что операция по подсадке эмбрионов проходит именно сейчас, его чуть не хватил удар. Юристам пришлось догонять его на пути в операционную.

Флинн снова взглянул на сестру Гвен. Ее огненно-рыжие волосы были подняты наверх, на лице совсем не было косметики. Казалось, ей всего лишь шестнадцать.

– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?

Тонкий голос Белинды Рочестер прекрасно сочетался с ее наружностью.

Флинн с удивлением понял, что это та самая девушка из приемной с длиннющими ногами в высоких замшевых сапогах. Ее вопрос на мгновение выдернул его из состояния потерянности, в котором он пребывал с того самого момента, как начал решать вопрос с получением судебного запрета.

Высокомерный блеск в ее глазах, когда она посмотрела на его запачканные грязью ботинки, должен был сразу выдать в ней представительницу семейства Рочестер.