Аванхальм. Чужая кровь

«Двенадцатый! Две-над-ца-тый! Самый продвинутый и экономически-независимый от других. Самый промышленный и обладатель храма биологических наук – ЦБН! Двенадцатый!»

– Да, – совсем нехарактерно пожал плечами представитель. – Вы взяли наивысший бал на тестах, по поводу практики вопросов не возникло, да и само собеседование прошло неплохо. Сразу видно – вы усердно готовились. Я даже могу порекомендовать вас на должность кибернетика или биофизика первой ступени, если это придётся вам по душе.

– Это, как бы… – залепетал мужчина, точно ребёнок.

А ведь в глазах Чанконса он и был таковым. – Это, право, было бы огромной честью для меня.

– Значит… так и поступим, – отчего-то горестно выдохнул представитель и достал из стола какую-то бумагу. – Подпишите вот здесь.

– Что это?

– Ммм… Это что-то вроде рекомендации вас главейшенству ЦБН, – устало объяснил бывший биоинженер.

Мимолётно взглянув на документ и не заметив ничего подозрительного, Равем поставил свою роспись рядом с росписью Чанконса в обоих образцах.

– Вот так. Хорошо. Это возьмите себе, – улыбнулся старик и протянул озадаченному мужчине копию только что подписанного документа. – Всего вам доброго, господин… – он напряг память так, что количество морщин на его лбу увеличилось вдвое. – …господин Олингли.

Последних слов Равем практически не помнил. Буря эмоций – единственное, что отпечаталось в памяти о том мгновении, когда ошарашенный и счастливый биоинженер покинул кабинет Представителя. Эти чувства овладевали им и сейчас – летящего в капсуле и с невообразимым нетерпением ждущего чуда.

Устроившись забавным калачиком на коленях своего создателя, довольно посапывала Сайя – одна из любительских разработок Равема. Она сумела не только выжить, но и стать верным питомцем.

Это была небольшая химера, рост без хвоста которой не тягался со средней собакой. Вся покрытая тёмно-серой шерстью и имеющая целых шесть конечностей, зверушка навевала лёгкую опаску и отвращение у впервые завидевших её. Широкая пасть с малюсенькими зубами и чёрные глаза-бусинки слегка смягчали вид.

Розовый широкий нос чем-то очень напоминал кошачий, отличаясь излишней вытянутостью вдоль пасти и ещё более острым обонянием. Гладкая шерсть редела ближе к морде и длинному крысиному хвосту. Первая пара рук чуть больше чем единственная ящеровидная пара ног, имеющая какую-никакую мускулатуру. Вторая пара рук – вспомогательная, не могла похвастаться размером или силой и произрастала под первой.