Битвы богов

Раздался шум вращающегося пропеллера, и из-за тучи верхом на елке вылетел зеленый гном. Он сделал круг почета над катком и лихо подрулил к Нику.

– Крепись, мой мальчик! Я знаю, тебе нелегко, но ты справишься! Не упусти девчонку! Я помогу тебе в трудную минуту! Но только ты сам можешь изменить судьбу! Только сам! – его пронзительный голос зазвенел в ушах.

Гном снял с елки красивую бумажную хлопушку и дернул за нитку. Раздался оглушительный взрыв. Вихрь разноцветного конфетти закружил в воздухе, и Ник очнулся.

– Говорил тебе, не связывайся, – плакал рядом Сережка Сарычев.

– Где я тебе теперь меч достану? Возьми! У меня только это осталось, – он сунул ему в руку маленькую деревянную саблю, вытащенную из фиолетовых рук пластилинового солдатика.

Ник осторожно взял ее двумя пальцами, не понимая, что он с ней будет делать. Сабля вдруг засверкала, закрутилась в его руках и стала увеличиваться в размерах, превратившись в кривую турецкую саблю, усыпанную алмазами. Она принадлежала великому турецкому султану Баязету, почему-то понял он, осматривая грозное оружие.

Быстро вскочив на ноги, Ник снова бросился в бой. Боли он совсем не чувствовал. Лис, не ожидавший такого поворота событий, отчаянно сопротивлялся. Тяжело дыша, он отбивал бешеные удары сыпавшиеся на него со всех сторон. Сабля, выкованная и закаленная дамасскими мастерами, была тверже, чем римский клинок, и значительно длиннее. Она как влитая сидела в руке и как будто сама наносила молниеносные и страшные удары своему противнику. Исход поединка был предрешен. Через минуту Лис тяжело рухнул на одно колено, выронив клинок. Увидев, что его не прикончили сразу, он стал на колени и подставил шею для последнего удара, ожидая решения толпы.

– Крови! Крови! Убей его! – ревела и бушевала толпа.

– Дай ему разок! – подскочил Сережка и пнул Лиса ногой. – Он у меня в прошлом году деньги отнимал, собака!

Постепенно крики умолкли. С суровыми и величественными лицами, какие всегда бывают у людей перед казнью, все вытянули вперед руки с опущенными вниз большими пальцами.

– Пусть уходит, – тихо сказал Ник.

– Как, крови не будет?! Опять не будет крови?! – разочарованный ропот грозно пронесся по толпе. Отложив щит, Ник отдал саблю Сережке Сарычеву. Она тут же стала на глазах уменьшаться и превратилась опять в маленькую деревянную сабельку с рукояткой, обмотанной конфетной фольгой. Убедившись, что его не убьют, Лис вскочил на ноги и решительно пошел к выходу. Его когорта последовала за ним.