Вернись после смерти

Сами знаете, дот есть дот, его голыми руками не шибко-то возьмешь. А как стемняло, отрезали немцы дот от наших, потом был сильный взрыв и пулемет больше не стрелял. Когда наши немца отбили, то внутри нашли одного человека, вернее его останки. По документам, да по сержантским петлицам опознали, что это Павел Борисенко.

– Погодите, а Федор Горяев?

– Федор… Его и след простыл. Кешка написал, что в доте его не было.

– Как это не было? – изумился Степанов.

– А это уж я не знаю, – ответил Аксенов. Потом нерешительно поинтересовался.

 – Ничего, ежели я закурю, товарищ майор?

– Чего спрашивать, Елизар Максимович, ведь вы же в своем кабинете! – отрубил чекист, заискивающе-угодливое поведение Аксенова начинало его раздражать. Тот неопределенно пожал плечами, достал кисет, и, действуя одной рукой, скрутил цигарку так ловко и быстро, что Степанов удивился.

– Выходит, Павел Борисенко все это время вел бой в одиночку?

– Кто его знат… Тут вот еще что непонятно: Кешка писал, что в дот они войти не смогли – дверь была изнутри закрыта намертво.

Пришлось, говорит, взрывать. Ну, взорвали, Пашку обнаружили, а Федора нету.

– Как же он мог из дота выйти, раз вход был изнутри закрыт? – недоуменно спросил лейтенант Тихонов, не задавший до этого ни единого вопроса председателю.

– Это-то и есть главная непонятность, – ответил Аксенов. – От нее разговоры пошли по деревне, что Федька, мол, немцу сдался.

– Но сообщение из части было, как я понимаю, что он пропал без вести? – Степанов поднялся, заходил по комнате, что являлось признаком его напряженного состояния.

– Верно! – согласился Аксенов.

–Значит, командование войсковой части было иного мнения, нежели Иннокентий Подопригора?

– Командование может и другого мнения, а по'брех по селу все же начал гулять. Старики шибко уж переживали, особенно Федотыч. Сказывали люди, подпил он однова' и рубаху на себе до пупа разодрал: все кричал, что не мог, мол, Федька немцу в плен сдаться! Под стопкой-то Николай Федотыч иной раз отчаян бывал да горяч…

– Ну, хорошо.

 – Степанов остановился напротив Аксенова. – Вот вы, Елизар Максимович, человек бывалый, фронтовик, как, по-вашему, на самом деле могло все там произойти?

– Я вам так скажу: или Федора с самого начала боя не было в доте, или он сбежал, когда припёрло! – категорично высказал тот своё мнение.

– Но как он мог сбежать, если дверь нашли задраенной изнутри?

– А зачем через дверь? Тут свои могли из траншеи заметить да пристрелить как дезертира.