Богоугодные. Жизнь играет лишь однажды

Как же сильно ему нравится забирать жизни. И жажда эта не утоляется, а только растет. Автоматический светильник зажегся, отбросив в сторону больную тень. На свету плащ приобрел красноватый оттенок. Теперь кровь была особенно заметна. Моя кровь… Моя жизнь…

Он подошел к забору, в ворота которого все еще ломился разъяренный сосед. Лучше бы бедолага просто надел беруши этой ночью. Засов заскрипел и через секунду проход в ад был открыт. Тиран же встал сбоку, прижавшись к металлической поверхности. Сосед же, в свою очередь, сразу рванулся на участок.

Он был слишком разъярен и уверен в себе, для того, чтобы смотреть по сторонам. Это и сыграло с ним злую шутку. Очень злую… Дверь открылась быстро, а захлопнулась и того быстрее. Не успел сосед зайти, как Тиран пнул ее с такой силой, что все вокруг задрожало.

Человек упал, ударившись затылком о бетонный пол, однако сознание не потерял, что удивительно. Остаться в здравом уме после такого удара очень сложно, особенно если тебе 63.

Далее Тиран схватил его за шею и притянул к себе. По всей видимости, день рождения в следующем году он праздновать уже не будет.

Я, весь в крови, уже слегка охладевший, из последних сил потянулся к телефону, который спрятался под столом. Каждое движение давалось с немыслимым трудом, осколки разрезали тело. Спустя несколько секунд, когда было уже поздно, телефон, наконец, оказался в руках. Экран разбит, однако сенсор все-таки слушался.

Тиран продолжил представление, сменив «инструмент».

Слышался размеренный грохот, прерываемый душераздирающими криками. Лицо старика постепенно превращалось в фарш, раз за разом ударяясь об забор. Спустя пять или шесть ударов крики закончились. Переносица была вбита в череп, глаза залиты кровью, нижний ряд зубов раскололся на две части.

Я нажал «1», а затем «12». Последовали гудки, после которых женщина в динамике спросила что происходит. «Кфубная уфлица… Дом фертырнатсать… Убифство» – это все, что я смог сказать.

Тем временем, от старика уже мало что осталось. Тиран, удовлетворенный еще одним «выступлением» громко смеялся то низким, то высоким голосом, постоянно меняя тембры. Затем он развернулся и пошел за мной. Сделав пару шагов, он остановился. Как оказалось, дело еще не было закончено – старик завопил. Тиран счел это за личное оскорбление.

Голос в трубке спрашивал что происходит, сколько человек и что они делают. Однако ответить я не мог.