Игры разума

Я буду повиноваться и помогать тебе по средствам мысленных посылов.

Вадим кивнул, после чего Путник обратился в порыв ветра, и Грамматин почувствовал, как приятный холодок коснулся его правой руки.

– Идем, – сказал Вадим, первым покидая поляну.

«Пора привыкать, – думал он, когда они проходили мимо огромной дыры, оставленной трубингаками вместо одноэтажного здания, – в конце концов, чего со мной только не случалось…».

Неожиданно он наступил на что-то, укрытое от его взора высокой травой, от чего оступился и упал.

Нащупав рядом с собой нечто, Вадим поднял его. Едва глазам человека предстала эта таинственная находка, как из горла вырвался полный ужаса крик.

Ликадана, отставшая ненадолго и теперь оказавшаяся позади, тут же поспешила на шум. Подойдя ближе, она обнаружила Вадима с неподдельным страхом на лице, сжимавшего в руке голову Бориса Борисовича.

Выпученные глаза покойного и перекошенный в страшной гримасе рот рисовали в воображении Вадима картины нечеловеческих мучений, что довелось испытать убиенному, прежде чем отправиться в мир иной.

Сей же жуткий образ завершало выведенное на лбу неизвестной рукой послание, сложенное в окровавленные русские буквы:

ЕСЛИ ХОЧЕШЬ УВИДИТЬ ДРУЗЕЙ ЖИВЫМИ, ПРИХОДИ С АРТЕФАКТОМ В ЯОКЛИН

ИСКУССТВЕННЫЙ ИНТЕЛЛЕКТ

– Оставь его голову здесь, Повелитель, – прозвучал в ушах Вадима голос Путника, – его дух покоится в лучшей из форм Мироздания.

Мелкая дрожь, охватившая Вадима, сменилась злостью.

Пытаясь сохранить трезвость рассудка и не позволить гневу ослепить его, он до боли стиснул зубы, медленно опустил голову обратно в траву, поднялся во весь рост, сделал глубокий вдох и произнес, глядя на Ликадану, сказанное им уже до этого:

– Идем.

Едва они миновали ворота, позади послышался звук, напоминавший потрескивание сухих палений в костре. Вадим обернулся – кладбище, охваченное неизвестно откуда взявшимся огнем, исчезало буквально на глазах, превращаясь в мельчайшие крупицы золы, уносимые прочь порывами ветра.

Вадим ещё долго смотрел, как сгорает в пламени капище. Его взор затерялся среди пирующей, всепоглощающей стихии, а мысли и вовсе блуждали где-то в недрах собственного подсознания, отчего в голове сложилось ощущение полной отрешенности и опустошенности…

Кисть Ликаданы аккуратно опустилась на его правое плечо и слегка потормошила, возвращая в реальность.