Игры разума

Ведь раньше в похожих ситуациях он не замечал за собой подобного оптимизма. Однако выяснять истинность причин своего поведения сейчас не представлялось возможным, поскольку ответ таился где-то глубоко в подсознании.

– У жизни, скажу я вам, определенно есть чувство юмора, – он помолчал с минуту. – Двое из вас желают моей смерти, более того так или иначе в прошлом они уже неоднократно пытались воплотить свои желания в жизнь. И вот теперь, сдаваясь на милость судьбе, я стою перед вами и прошу о помощи.

Сказанные человеком слова заставили опешить всех.

Даже Ликадана, не принимавшая в разговоре никакого участия и не воспринимаемая всерьез гевридломами, была ошеломлена. Воспользовавшись возникшей паузой и последовавшей за ней тишиной, она дернула Вадима за рукав и, развернув к себе, прошептала:

– Что ты творишь?!

– Импровизирую. Не бойся, доверься мне.

Грамматин развернулся к гевридломам.

– Ну, так что ты мне скажешь, достопочтенный рац?

Тишина, нависшая над Долиной Смерти всего несколько мгновений назад, вдруг показалась всем невыносимым шумом в базарный день, потому что сейчас ее место заняла новая тишина, тишина абсолютная, мертвая…

Разом замолчали все, даже огонь на факелах перестал потрескивать, словно испугался, что может своим «тихим тлением» заглушить нечто очень важное, нечто, что вот-вот должно появиться на свет именно сейчас и именно в этом самом месте.

Притихли и остальные гевридломы. Если раньше из их колец доносились негромкие отрывистые обрывки приглушенного шепота, то теперь они молча стояли, устремив свои взгляды на Мон-Ти-Монга, явно ожидая как рац отреагирует на дерзкие слова человека.

Действительно, с точки зрения гордых существ, Вадим зашел слишком далеко. Одно дело «тыкать» рацу с глазу на глаз. Но сейчас, когда он вновь сделал это, да ещё и в присутствии его подданных, это было крайне оскорбительно.

Мон-Ти-Монг был в гневе. Человек явно вел себя не уважительно по отношению к нему. Уже этого было достаточно, чтобы просто лишить его жизни.

Но что-то удерживало раца от столь поспешных действий. Что-то внутри него уверенно знало, что Вадим сделал это неумышленно и без злого умысла. Прошлой ночью гевридлома посетил Сапирмут. Независимый Хранитель сказал, что Мон-Ти-Монг должен следующей ночью отправиться к Кладбищу Умерших Надежд, где его ожидает встреча, которая может изменить впоследствии весь мир красной планеты.

– Твоя наглость не знает границ, – сказал, наконец, рац гевридломов.