Прости мне мои капризы

– На ее месте я, наверное, не стала бы делать… ну… этот самый… аборт, – выйдя после просмотра югославского фильма из Дома культуры на улицу, задумчиво произнесла Ирина. – Тем более, с риском для жизни.

– А как бы ты поступила?

– Что значит – как? Кроме двух вариантов, есть еще другие?

– Кажется, нет…

– Кажется…

Ирина рассмеялась.

– Значит, ты решилась бы родить ребенка?

– Возможно.

– В шестнадцать лет?

– А что?

– Ничего, наверное, просто рано.

– Бывает, рожают и в более раннем возрасте.

– А потом и молодой бабушкой.

Про молодую бабушку я сам не понял – зачем сказал?

– Может, и бабушкой, – спокойно восприняла мои слова Ирина. – Но, вообще-то, – прежде чем… заняться «динь-динь» (вероятно, Ирина вспомнила комедийный фильм «Синьор Робинзон» итальянского режиссера Серджио Корбуччи, который я смотрел в городском кинотеатре…) – следовало подумать о последствиях. То есть – принять меры предосторожности.

– Все-то ты, Иринка, знаешь…

– Это должен знать каждый!

– Как: кто не работает, тот – не ест?

– Угу…

Больше – ни фильмов, ни мультиков мы с Ириной в Доме культуры не смотрели.

* * *

Почти все имевшееся в нашем распоряжении свободное время – мы проводили вместе. Только однажды я встретился с Ириной не днем, как это обычно происходило, а когда солнце склонилось ужу к горизонту. Накануне она предупредила меня, что будет помогать дяде с тетей копать на огороде картошку.

– Какая картошка? – удивился я.

– Обыкновенная. Круглая, такая, по форме, или овальная, с коричневой кожурой, как у нас. Очень вкусная, если ее испечь в костре, то есть на углях, когда костер прогорит…

– Это мне известно! – перебил я ее. – Только для картошки вроде бы еще не пора…

– У нас сорт особенный – скороспелка. Она созревает быстрее. К тому же, в этом году, из-за ранней весны, посадка была на три недели раньше, чем в прошлые годы. Да мы не весь огород будем выкапывать, большую часть оставим на потом.

– Хорошо, я тоже найду себе какое-нибудь полезное дело.

Этот день, несмотря на занятость – я занимался починкой забора, отделявшего наш дом от улицы, который (забор) в некоторых местах обветшал – показался мне очень длинным! Я постоянно думал об Ирине. Испытывая неодолимое желание – поскорее с ней встретиться.

Из головы не выходило одно выразительное словечко, выпорхнувшее из уст Ирины.