Подглядывающая

Чтобы пройти дальше, надо обогнуть ширму. Заглядываю за нее и в последний момент сдерживаюсь, чтобы не отпрянуть. За ширмой раздевается девушка. То есть там не настоящая девушка, а только ее фото, но в полный рост. Брюнетка стоит ко мне спиной, расстегивая алыми ноготками застежку алого лифчика и, будто повернув голову на звук шагов, смотрит мне в глаза. Эффект еще более поразительный, учитывая, что мы одного роста.

И это еще не все. Я не сразу узнаю ее без одежды и без очков, но это совершенно точно она – брюнетка из бара!

Здесь.

Сейчас.

Я так поражена, что пропускаю момент, когда лопатки начинает прожигать красная точка чужого взгляда.

– Нравится? – раздается у меня за спиной.

Я резко оборачиваюсь.

То, что передо мной Юрий Стропилов, я понимаю только по черному джемперу и джинсам. Фотограф так же разительно отличается от созданного пижоном образа, как и все остальное этим вечером.

На вид ему чуть больше сорока. Коротко стриженные волосы не седые, а крашенные в серебристо-пепельный.

Этот оттенок почти идентичен цвету глаз.

Он не напыщенный, не самодовольный, не самовлюбленный, а хищный, цепкий, холодный. Мы одни в этом зале – если не считать дюжины реалистичных полураздетых красавиц на фото – но ощущение такое, словно он заполняет собой все пространство. Хочется отступить. В идеале – сбежать. Но и рассмотреть его поближе тоже хочется. Желательно – в отражении, а не вот так – лицом к лицу.

Фотограф так внимательно разглядывает мой парик, что мне становится не по себе.

Он знает.

– Н-н-нравится! – выдавливаю я, и внимательная, острая заинтересованность, почти настороженность, в его глазах смягчается.

Дефект речи сыграл мне на руку: переключил внимание, объяснил паузу перед ответом.

У меня получается улыбнуться.

Юрий делает приглашающий жест рукой – продолжим экскурсию.

Я иду первой, внимательно вслушиваясь в свои ощущения, но не могу разобраться. Они словно радиопомехи.

Фотографии, их оформление, игра со светом, фоновая музыка – все впечатляет и ошеломляет.

Я уже знаю, в чем «фишка» работ Стропилова, готова к тому, что увижу. Но все равно робею, оказываясь перед кроватью с балдахином, на которой за тонким стеклом фоторамки застыла девушка, застегивающая пуговку просторной прозрачной комбинации.

Щеки нагреваются.

Я чувствую себя менее пристыженной, когда наблюдаю за реальными людьми.

В тени комбинация кажется белой, но там, где падает свет, она переливается серебром.