В чистом потоке

Скорость! В конце спуска сильно выворачивает руль и опрокидывается. Падать не больно, только бы не снова этот глюк…

Смотрит наверх: ребята на месте. Убедившись, что снегокат Борискин, начинают припоминать, кто жвачкой делился, кто сын подруги мамы, – очередь из лучших друзей выросла моментально.

––

Снегокат переходит к Степке. Тот еще кадр. Лопоухий, весь в веснушках, и варежки, всегда дырявые, болтаются на резинке. Садится за руль, Андрюха сзади. Покатили. Посреди всеобщего восторга Боря единственный, кто замечает подошедших Дениса и Игорька.

– Здаро-ова, – говорит Игорек в своей манере, как будто подшучивая.

– Прет, – вальяжно режет Денис. Но ему не терпится узнать новости. – Эт чей там?

– Мой, – честно отвечает Боря.

– Да ладно. Откуда у тебя? Богатенький что ли? – Денис пытается съязвить и противно ржет. – Лан, я поехал.

Игорек остается с Борей наблюдать за пёстрым движением тел. Вообще-то, они еще не друзья. В отличие от остальных дворовых, Боря не набивался в кореша, не просил покататься ни у Игоря, ни у Дениса.

Был верен ледянке, убеждая себя, что можно обойтись тем, что имеешь. Так, по крайней мере, говорил папа: «Надо уметь быть довольным тем, что есть, иначе не будешь довольным никогда». Мама при этом со стоном вздыхала.

Игорь косится на Борю. Тот на Игоря.

– Молодец ты, – неожиданно и как-то по-взрослому говорит Игорек, хотя старше всего на полгода. – Других катаешь, – уточняет. – Наперегонки будем?

– Давай!

– Эй, жирный, будешь наперегонки? – кричат Денису.

– Сам такой. Кто быстрей? Кто дальше?

– Кто быстрей, ты же жирный!

– Да сам ты жирный!

Степка считает до десяти. Но на «пяа-ать» замолкает, – от волнения следующая цифра вылетела из головы. Потом вопит «СТАРТ!», и гонщики срываются вниз.

Эпизод 2. Первый класс.

1 сентября 1990 года. Боря представлял этот день каким угодно, только не таким. Усилием воли перемещается из кровати в ванную комнату, где стоит сонный, теребя струю из-под крана зубной щеткой.

Пасту из тюбика выжал прямо в рот, размазал по зубам языком. Щетка похожа на раздавленную черепаху.

Боря кладет голову на край раковины, изображая труп: изо рта вытекает белая пена. Краем глаза наблюдает за отражением в зеркале, не дышит. Мама стучит в дверь, торопит, приходится наскоро полоскать рот, проглатывая остатки пасты, и двигать на кухню.

На завтрак яичница, с коркой, которую Бориска терпеть не может. Чай почти остыл.