В чистом потоке

В чистом потоке

Николай Чисторосов

Фантастическая повесть, в которой едва заметные мистические переживания постепенно открывают обычному московскому мальчишке из девяностых совершенно другой мир.

Николай Чисторосов

В чистом потоке

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ДЕТСТВО, ЭПИЗОДЫ | Эпизод 1. Овраг.

Да не смутит опытного и знающего читателя наличие временных сдвигов в повествовании. Некоторые места и события смещены нарочно, ведь все это, по большому счету, лишь случайные совпадения. Просто похожие на наш мир, не более.

Автор.

Зимнее утро. Боря замер на краю оврага, атакованный бликами залитых солнцем снежинок. Ночью выпал свежий снег, и склон идеально ровный. Под покровом спрятались ледяные дорожки, и Боря, кажется, нащупал чуйкой одну.

На маме новое пальто с меховым воротником. Она курит в сторонке, слегка поворачивая плечами то в одну, то в другую сторону. Рядом подруга с намалеванными яркой помадой губами.

Боре вчера подарили снегокат. Папа притащил, а мама его ругала, говорила, что больше с ним жить не может, какой он безответственный.

Как между собой связаны снегокат и ответственность, Боря не знает, но к своим семи годам начал подмечать: счастье всегда сопровождается ее, ответственности, частичным или полным отсутствием.

Когда он слышит это слово: «ответственность», в воображении возникают столбы, соединенные проводами, провисающими чуть ли не до земли. Они стоят посреди поля, и такая серость вокруг, что не разглядеть, где земля, а где небо.

«Чук и Гек» – так называется красно-черный конь Бориски.

Пропуск в элиту оврага. По привычке прихватил еще из дома ледянку – ярко-зеленую, в беспощадных царапинах прошлого.

Боря оглядывает искрящийся овраг: кроме него, всего трое детдомовских на противоположной стороне. Этим и ледянка в диковинку. Боря решает ее подарить, а то катаются на картонках.

– Ма, посмотри за снегокатом!

С важным видом счищает снег с темно-серой полосы льда. Он уверен, судьба оценит его выбор в пользу ледянки. Наперекор желанию съехать сразу на снегокате, прессуя мандраж перед первым разом в брикетики будущего восторга, встает у края и кладет поджопник на лед.

Ой. Это плохое слово. Если мама услышит, мигом начнется назидание о пользе русского языка, вперемешку с допросом. А еще потом папа будет грустно качать головой, потому что все плохое в Бориске – от него.

По фигу! Любой мальчишка знает, что это так называется. И весь овраг эту штуковину называет поджопником, сокращенно – ПДЖ.