Точка невозврата

Нери считал, что оценить уровень огневой и тактической подготовки моджахедов, прошедших обучение в подконтрольных ему тренировочных лагерях, можно лишь в реальном бою. Вот и сейчас не прошло ещё и двух дней, как он в очередной раз вернулся из Афганистана. Там, в провинции Лагман, практически в течении всего апреля формирования Юнуса Халеса воевали с советской мотострелковой бригадой, пришедшей туда из Джелалабада. Курируемый им «Чохатлор», принимавший участие в боевых действиях, продемонстрировал возросшую выучку, но вновь понёс ничем не оправданные потери.

Промелькнувшая в голове Антонио мысль о «неоправданных потерях» вызвала у него неожиданные ассоциации. Бывшему рейнджеру, почему-то, в мельчайших деталях вспомнился его первый выход на территорию Афганистана, в приграничный с Пакистаном Кунар в мае прошлого года, дебют «Чёрного аиста», его боевое крещение на этой войне…

Из грота, расположенного под самым гребнем, он наблюдает за непонятными манёврами советской мотострелковой роты, движущейся по противоположному хребту Печдаринского ущелья.

Рядом стоит пара радиостанций. Уокер, надев наушники, вслушивается в примолкший эфир. Всё готово к бою. По горному массиву равномерно рассредоточены более сотни до зубов вооружённых моджахедов. В непосредственной близости от грота – пара пулемётных гнезд. Расчёты стоят у своих крупнокалиберных пулемётов и внимательно смотрят в его сторону. Тони показывает жестами, что открытие огня – только по его команде. Все ждут, и лишь когда выглянувшее из-за зазубрин хребта солнце слепит глаза спустившихся к реке пехотинцев, он даёт отмашку.

«Добро пожаловать в Ад, господа коммунисты! Это вам за Россию!» – беззвучно шепчут его губы.

Очереди ДШК дробной чечёткой катятся по ущелью, разрывая в клочья утреннюю тишину и тела солдат, идущих вдоль берега Печдары. Окрестные горы взрываются огнём, которому не суждено стихнуть в течении всего дня.

Уцелевшие шурави укрываются в двух отдельно стоящих домах и занимают круговую оборону…

Русские дрались достойно, но Тони знал совершенно точно, что им никто не придёт на помощь: полёты вертушек запрещены из-за аномальной жары, для других рот батальона тоже были подготовлены свои засады и ловушки, а бригадную бронегруппу на пути её выдвижения поджидали взорванные мосты и нашпигованные минами дороги. Исход боя был предрешён.