Рэкетиры никому не нужны

– А кем вы работали до кладбища?

– Я учитель физики. После 27 лет работы пришлось оставить преподавание из-за принципиальных разногласий с директором.

Эти разногласия очень четко воняли на меня перегаром.

– Андрей Николаевич, мне очень надо узнать, как две автомашины попали сегодня ночью на территорию кладбища. Это вам надо в первую очередь. Вы же не можете отвечать за чужие дела. Это будет несправедливо. Вы пострадаете. А вы уже немолодой человек.

– Да что тут говорить.

Из тюрьмы я не выйду… – обреченно махнул рукой Андрей Николаевич.

– А кто вам сказал, что вас ждет тюрьма? Вы сейчас еще покурите, можем вам чаю налить. Чаю хотите? – мне дико захотелось налить охраннику чая в кружку Севы, я готов был даже сам за ней сходить.

– Пожалуй, откажусь. Если можно, еще выкурю папироску.

– Курите. И расскажите, кто вас втянул в эту историю. А потом пойдете домой отсыпаться.

Охранник закурил папиросу, немного наклонился ко мне и доверительно сообщил:

– Вечером заходил Кирилл Алексеевич.

Бывший учитель физкультуры из нашей школы. Ну, выпили. Не без этого, как говорится. Он часто заходит. Иногда с товарищами навещают покойников по вечерам. Но такого никогда не было!

Еще бы не хватало, чтобы такое было регулярно.

– И что дальше?

– Попросил зайти навестить кого-то. Я разрешил, конечно. Может, уединиться человеку надо. В одиночестве каждый видит в себе то, что он есть на самом деле, – процитировал он, я не знаю кого.

– А как фамилия учителя физкультуры? – поинтересовался Гоша.

– Турнев Кирилл Алексеевич.

Гоша мне кивнул, и они со стажером вышли. Зацепка. Но, может, просто зашел выпить с бывшим коллегой.

– Значит, вы не видели, когда машины въехали на территорию?

– Так не было никаких машин. Исключительно мы с Кириллом Алексеевичем.

Похоже, все-таки был пьян и все проспал. Учитель физики.

Мог мне преподавать. Могли вместе в походы ходить. И тут я зачем-то задал необязательный вопрос.

– А сколько лет вашей матери?

– Какой матери? Моя мать умерла 20 лет назад.

– Зачем же вы просили разрешить с ней проститься?

– Думаю, условия момента, к слову пришлось. Я испытал стресс.

Меня снова посетило желание нанести охраннику тяжелые моральные увечья.

Я позвонил в прокуратуру заму по следствию. Доложиться.