Неправильный Египет

Она готова была горы свернуть. Но сначала нужно было забежать к Людмиле Ивановне, занести привезенные из всемогущей заграницы лекарства и добавки для укрепления иммунной системы Петруши.

По-настоящему отлично Светлана себя чувствовала тогда, когда на ночь было съедено варёное яйцо или брокколи в йогурте, а утром, проснувшись, съедала немного овсянки с черникой и выдавливала пару апельсинов. Прекратив комплексные обеды, Света заменила их на постоянные перекусы всякой полезной мелочью: яблоко, или орешки, или кефир, или (какая роскошь!) куриная котлетка без ничего.

Вместо плотного обеда почти каждый день в час дня она летела к тренеру, после чего она выглядела и чувствовала себя свежо и молодо, энергия зашкаливала. Не нужно было убивать время на готовку борщей-пельменей-пирогов.

Даня встретил её на выходе из клуба.

– Да ты сияешь! Надеюсь, это из-за меня? – поприветствовал её Даня, улыбаясь.

– Ну, конечно. Ты на машине, а на улице ливень. Какая удача!

– Понял. Съел, – Даня сделал вид, что обиделся, – Мы куда?

– Тут недалеко, я покажу дорогу.

– Надолго? Ждать не смогу, у меня до вечера еще пара деловых встреч, – Дане тоже надо было «держать марку» и показывать, что не будет бегать за ней, как мальчишка.

– Нет, конечно, я сама. Наш ужин в силе?

– Если только ресторан к полуночи не затопит, как бы град ни пошёл…

– Значит, Даня, у нас будет романтический ужин на воде. Поехали?

Света забежала в подъезд, вспорхнула по лестнице, что-то напевая, и нажала кнопку дверного звонка.

Людмила Ивановна открыла.

– Здравствуйте, Людмилочка Ивановна! Я на секундочку. Вот пакет, там всё, о чем Тома просила.

– Светочка, сколько я тебе должна?

– Не выдумывайте, – Света лучезарно улыбнулась и замялась, вспомнив, насколько неуместна радость в этом доме.

– Ну хоть зайди, дорогая, печеньем тебя угощу. Пирожки вкусные, и конфет с собой возьми.

– Людмилочка, не могу засиживаться, мне бежать надо…. Васяяяня, – Света присела на корточки и погладила кота, который вышел посмотреть на гостью, – ладно, на минуточку, чай попью, – согласилась Света и вошла.

Васька немедленно забрался Свете на руки, улегся и заурчал. Свете не терпелось уйти, поэтому начали чаепитие молча, но потом она поняла, что придется отбыть повинность, поняла, что Людмиле Ивановне необходимо поговорить. Женщина любила Свету. Именно о такой дочери она всегда мечтала: яркая внешность, совсем не кукла, неправильный нос, выразительные зеленые глаза, непотопляемая оптимистка.