«Cтарые морские волки» и другие рассказы

Когда же он улыбался, глубокий сабельный шрам на его лице ложился складками в виде молнии, как её обычно рисуют, губы раздвигались, показывая клыки, доставшиеся, по-видимому, от орангутанга, и собеседника невольно бросало в дрожь. Зная это, Генри старался оставаться серьёзным в любой ситуации.

Лишь капитан корабля «Чёрный Лебедь», Томас Болтон, выглядел, как настоящий английский аристократ, какими они изображаются в парижских журналах мод. Когда все познакомились между собой и вкратце ознакомились с ситуацией, в которую попали, Том сказал, обращаясь к Симону:

– Извини, “Профессор”, мы тебя сильно подвели.

Во всём виноват он, – и показал рукой на Джона Велью.

– «Морской слон» неожиданно налетел на подводный риф, хотя глубины здесь большие, непонятно, как он здесь оказался, – извиняясь, сказал Джон.

– Подводный риф ещё выдумал. Скажи лучше, что оступился на верхней палубе, упал в люк, да так и летел до конца, ломая все переборки, пока не пробил днище, – сказал Генри и улыбнулся.

От этой его улыбки присутствующим стало не по себе: Марфа выпрямилась и побледнела, сложилось впечатление, будто её приговорили к расстрелу и сейчас же должен прозвучать залп.

Одна из девушек невольно прижалась к лейтенанту Вознесенскому, чем, надо сказать, он был очень доволен. А другую девушку, зябко вздрагивающую плечами, заботливо укрыл пледом его итальянский друг.

– Ладно, хорошо, что всё кончилось удачно, – и Симон рассказал пиратским капитанам обо всём, что с ними произошло.

– Вот новый адмирал Дрейк, поверьте моему слову, я видел его в бою, – обняв за плечи, Симон вывел вперёд лейтенанта Вознесенского.

Лейтенант был очень смущён его словами.

– Только Дрейк мог атаковать двумя фрегатами три линейных корабля и победить, – продолжил Симон.

– Да, адмирал Дрейк был выдающимся флотоводцем, – сказал в ответ лейтенант.

– Вы действительно так думаете? Или считаете его просто удачливым вождём пиратов? – спросил “Профессор”, пристально глядя в глаза лейтенанту.

– Я никогда и никому не говорю ничего в угоду, я – русский дворянин! – гордо ответил Вознесенский.

– Я верю вам и приглашаю вас посетить мой корабль, вы можете посмотреть некоторые реликвии, связанные с Дрейком, в том числе морской пиратский устав, написанный им лично, – сказал “Профессор”.

Снова обсудив ситуацию, все решили плыть в Кейптаун, сопровождая «Незабудку», тем более что «Морскому слону» требовался срочно капитальный ремонт. Остро встал вопрос, под каким флагом плыть.