Хромой бес

Однако предоставим этим вельможам наслаждаться удовольствиями, которые так дорого им обходятся, между тем как слуги ожидают их на улице, утешая себя сладкой надеждой получить все эти удовольствия даром.

– Пожалуйста, объясните мне другую картину, которая у меня перед глазами, – перебил его Леандро Перес. – В большом доме слева все до сих пор еще на ногах. Что это значит? Одни хохочут во все горло, другие танцуют. Там, верно, какое-нибудь празднество?

– Свадьба; вот слуги и радуются, а еще три дня тому назад все в этом особняке были в большом горе, – сказал Хромой.

 – Мне хочется рассказать вам эту историю: она, правда, длинновата, но надеюсь, она вам не наскучит.

И он начал следующий рассказ.

Глава четвертая

Граф де Бельфлор, один из знатнейших вельмож, был до безумия влюблен в молодую Леонору де Сеспедес. Жениться на ней он не намеревался: дочь простого дворянина была, по его мнению, неподходящей для него партией. Он хотел только стать ее любовником.

С этой целью он всюду преследовал ее и не упускал случая взглядами выразить ей свою страсть, но ему не удавалось ни поговорить с ней, ни написать ей, потому что она находилась под неусыпным наблюдением строгой и бдительной дуэньи по имени Марсела. Граф де Бельфлор приходил в отчаяние; препятствия еще больше разжигали его желания, и он только и думал, как бы обмануть Аргуса, оберегавшего его Ио.

С другой стороны, Леонора, заметив оказываемое ей графом внимание, не могла устоять против него, и в сердце ее незаметно стала разгораться сильная страсть.

Я не разжигал ее моими обычными соблазнами, потому что колдун, державший меня тогда в неволе, запретил мне исполнение всех моих обязанностей; но довольно было и того, что вмешалась сама природа. Она не менее опасна, чем я; вся разница между нами в том, что она обольщает сердца мало-помалу, а я соблазняю их мигом.

Так обстояли дела, когда Леонора и ее неизменная дуэнья как-то утром по дороге в церковь встретили старую женщину, перебиравшую самые крупные четки, какие только могло смастерить ханжество.

Старуха подошла к ним с приветливым и кротким видом и обратилась к дуэнье.

– Да хранит вас небо, – сказала она, – святой мир да пребудет с вами. Позвольте спросить, не вы ли госпожа Марсела, добродетельная вдова покойного сеньора Мартина Росет?

Дуэнья отвечала утвердительно.