На развалинах старого мира

А сколько там всего хорошего! Эти городские, как сыр в масле катаются. Живут тихо, спокойно, всё имеют. А его племени приходится кочевать с места на место, чтобы найти пропитание. Но, ничего. Скоро придут они. Те, кого городские называют пренебрежительно дикими людьми.

– Зуб! – позвал Лось.

Щуплый вертлявый Зуб подскочил сбоку и вопросительно цыкнул.

– Гонцы из-за реки не появлялись?

– Нет ещё.

– Как придут, сразу ко мне. А пока, пусть пожрать принесут.

Зуб умчался, и, вскоре, Белка занесла чашку ароматной и наваристой заячьей похлёбки.

Совсем плохо в этих краях со зверьём стало. Вот, только, зайцы ещё ловятся. Да и их уже мало. Крестьянские хозяйства разорили ещё в первые дни, как пришли сюда. Вот тогда сытно было. И говядина, и свинина, и курятина. Жрали, как говорится, от пуза. Казалось, всегда так будет. Ан, нет. Кончилось раздолье. Нужно двигаться дальше. Да только город покоя не давал. Так и манил своими богатствами. Вот и вертелся Лось со своим племенем по окрестностям. И на город напасть сил маловато пока, и отходить не хочется. Впереди холода. А зиму лучше в капитальных домах пересидеть. Тем более, что у городских еды полно. Можно с комфортом перезимовать.

Соплеменники уже роптать начали. Времена настали голодные. Надо дальше идти. Туда, где добыча есть, где сытнее. А Лось тянул. Тянул и собирал силу, агитируя разрозненные кочевые роды таких же дикарей. Вожак сидел в шатре и слушал, как по лагерю с гиканьем носились на лошадях его воины. Вот его сила! Та сила, которая проломит ненавистные стены, выбьет ворота и ворвётся в город, круша всё на своём пути.

После сытной похлёбки опять захотелось спать. Лось откинулся на шкуры и задремал. Разговоры за стенкой шатра, визг детей и топот коней нисколько не мешали. Его разбудил Зуб, осторожно потряхивая за плечо.

– Что такое? – недовольно прокряхтел Лось.

– Гонцы пришли.

– Зови.

Гонцы робко зашли в шатёр, тут же сдёрнув с голов меховые треугольные шапки.

– Как сходили?

– К нам готовы присоединиться шесть родов, – доложил старший.

 – Это три раза по две руки. Из них мужчин три руки и ещё два пальца.

– Отлично. Кто не присоединился?

– Один род. Они у реки сидят.

– Зуб! – закричал Лось.

– Что?

– Барсука позови.

– Сейчас.

Барсук, лучший воин племени, пришёл минуты через три, степенно, осознавая свою нужность, перешагнул через порог и слегка наклонил голову.

– Что звал, Лось?

– Возьми своих людей и езжай за реку. Вот он покажет.