На развалинах старого мира

Кострище на поляне ясно об этом говорило. Во время привала к ним ещё кто-то приходил, но не присоединился, а, спустя какое-то время, ушёл по своим делам. Пойти за ним? Не стоит. Четверо предпочтительней, чем один. Барсук ещё раз осмотрел кострище и знаком приказал двигаться дальше. Если эти неизвестные ведут себя так беспечно, то схватить их будет несложно. Вряд ли они ожидают нападения.

Преследователей первым учуял волколак. Уже после того, как он остановился и, вытянув морду, стал принюхиваться, Женька тоже услышал голоса.

Дальше двигались уже осторожно. Вскоре можно было различить не только голоса, а ещё и то, о чём говорят люди.

– Ни один из них не должен погибнуть, – низким властным голосом гудел один из преследователей, видимо, главный.

– Да поняли мы уже это, Барсук, – отвечал ему кто-то.

– Знаю я, как вы понимаете. Поняли они. Вам бы только саблей помахать. Поэтому и ещё раз предупреждаю: Лосю мы их должны живыми доставить и, по возможности, невредимыми.

– Ох, не завидую я им! – влез в разговор кто-то другой.

 – В плане пыток Лось изобретателен.

– Да уж. О смерти они точно мечтать будут.

Судя по всему, разговор был про них. И перспектива совсем не радовала. И что теперь делать? Группа по их следам идёт большая. Человек двадцать. Женька прекрасно понимал, что даже при помощи волколака он не справится с такой толпой.

– Слишком их много, – раздалось в голове.

– Да. Многовато. И я не знаю, что делать. Даже если сейчас вернёмся и предупредим остальных, оторваться от преследователей уже не получится.

Тем более, что они верхами.

– Вдвоём мы от них спокойно уйдём. Зачем возвращаться?

И вправду, зачем? С таким балластом, как Кот, его жена и Татьяна, они точно не сумеют оторваться. А, значит, придётся принимать бой. И это однозначно плен. Их будут брать живыми. То есть его напарник и женщины так или иначе в плен попадут. Это неизбежно. Так зачем ещё и Женьке туда же голову совать? Предательская мыслишка была настолько соблазнительной, что парень уже хотел согласиться с волколаком, но, вдруг, заколебался.

Но, ведь, Кот ему друг. Хотя, какой там друг? Меньше месяца знакомы! Так всё-таки, друг или нет? Скорее всего, всё-таки друг. И Женя жил в его доме, кушал то, что готовила Катерина. Она, тоже, женщина неплохая. Как-то не хотелось бы Женьке, чтобы её взяли в плен и там пытали.

И Татьяну, тоже. При мысли о девушке у парня в груди потеплело. Жалко. Всех их жалко. Но и себя, тоже, жалко.