Перевоплощение

Он молчал, неудивительно – и обидно, и досадно, а если сюда приплюсовать известное болезненное состояние, выходит и вовсе аттракцион «американские горки», но затягивать молчание не годится, и он, так и не сорвавшись с Ёлкиного поводка, спросил:

– Давай завтра?

– Отлично, списываешь с меня завтра задолженности, и потом – полное давай.

– Договорились, – ему (ничего не поделаешь) требовалось решить вопрос с Ёлкиным преподавателем, но девушка стоила того.

Ёлка возвращалась в общагу в хорошем расположении духа, мальчик-аспирант ей понравился:

«…не наглый, не жадный, хорошо воспитанный и, похоже, страстный».

Этим и исчерпывалась симпатия, а подгонять то, от чего потом никуда не спрячешься, она не спешила. Она не спешила жить, растягивая дни, как растягивают удовольствия, вот и сегодня, с Жорой, она лишь прикольнулась над Виком, заметив его первой, параллельно она прикольнулась и над Жорой, который так и не обрёл уверенности в том, шутит она или намекает вспомнить былое (до Дыма).

Заглянув в пару магазинов (пополнить запас продуктов), Ёлка уже подходила к общежитию, когда обратила внимание (мельком, боковым зрением) на мужчину, увлечённо катающегося по ледяной дорожке, успешно скатившись, тот забавно хлопал себя по бокам и повторял попытку, наконец, этот весельчак выпал из поля зрения Елки, и она заметила Костю.

Кончилась третья пара, и теперь маялся Сева, Ксюхе что-то там понадобилось на кафедре бухучёта (отмазка, легко догадаться или вспомнить, что Ксюха имела время, целых полчаса, когда ждала Севу с лекции).

Сева не вспомнил и не догадался, а тупо переминался с ноги на ногу в вестибюле. Выждав полчаса (проверка незначительная и невинная, но пренебрегать ей не стоило, мало ли как повернётся), Ксюха, наконец, «освободилась» и с удовлетворением увидела, что её не просто ждут, но и переживают:

– Всё в порядке, идём. Надеюсь, ты не злишься?

– Я же тебя дождался, – он совершенно не злился, но не ответил проще, стараясь соответствовать, как ему казалось, её представлениям об остроумии и находчивости.

 – Кстати, ты не расстроилась, что я не пошёл тебя искать?

– Вот ещё, – Ксюха подумала, что Сева догадался об её маленькой хитрости и, для завершения этой бестолковой игры, добавила: – Да ты бы меня и не нашёл.

– А кого бы я, по-твоему, нашёл? – странные эти женщины, будто кафедра бухучёта – засекреченный объект.