На 3/4 живой

Вся она сейчас была обильно забрызгана засохшей кровью. Собаки, по обыкновению, не лаяли, встречая незваных гостей… Главные ворота на входе в деревню выломаны! Не раскрыты, а именно выломаны. С корнем. Вместе со столбами, на которых они когда-то держались.

Троица вынула мечи и вошла за ограду. Пусто. Повсюду на земле валялись нехитрые деревенские инструменты: вилы, грабли и лопаты. По всей видимости, все было брошено впопыхах. Двери в домах закрыты. За исключением тех, которые оказались выломаны. Слюдяные окна на высоких вторых этажах целы.

На первых этажах окна давно не делали. Ничего не попишешь: отголоски минувших беспокойных лет с их клановыми междоусобицами и мародерствующими бандами.

– Мне это все совсем не нравится! – в первый раз за три прошедших часа, подал голос Кузнец.

– Мне тоже, – отозвался Андрей, показав на лежащую возле одного из домов половину собаки. На привязи…

Он подошел к первой попавшейся избе и подергал ручку.

– Закрыта. Изнутри. На засов, – отрывочно проинформировал он и деликатно постучал.

Тишина. Андрей постучал еще раз. На этот раз более решительно: кулаком.

Прошло несколько минут ожидания, и из-за двери послышался тихий мужской голос:

– Кто там?

– Живы! – вздохнули все с облегчением.

– Свои. Кузнец я. Из соседней деревни. Приехал вам отремонтированный плуг вернуть. Как обещал.

За дверью возникла возня. Видимо, отодвигалась тяжелая мебель. Заскрипел мощный засов и дверь приоткрылась. На пороге появился бледный мужчина лет сорока.

– Ушли? – спросил он, не уточнив, кого имеет в виду. Боязливо оглянулся по сторонам.

– Видимо, да. Во всяком случае, мы никого не видели. Давно вы так сидите?

– Третий день. Сволочи! Весь скот пожрали! Твари ненасытные. Кто это такие, не знаете?

– Много их было? – проигнорировав его вопрос, спросил Кузнец.

– Я видел двоих. Огромные, страшные, зубастые!

– У вас в деревне все живы?

– Не знаю. Как только они начали крушить ворота, все мы по домам разбежались. Я забаррикадировал дверь и вместе с женой и детьми укрылся в подполе.

Он у нас надежный, каменный. Только холодный, – мужик поежился. – А вы откуда? Ах, да, вы мне говорили. Плуг – это хорошо. Но я не представляю себе, кто сейчас отважится выйти в поле. Медведи и тигры – это одно, здесь же! Хрен с ней, с этой картошкой! Живность жалко, не успели мы о ней позаботиться.

Говоря все это и ежесекундно оглядываясь по сторонам, он отошел с Кузнецом на несколько шагов от своего дома.