Коррупция

– Константин Константинович, я здесь по воле руководства, документы читал, вопросов к полковнику Орлову и подполковнику Гурову у меня нет. Конечно, стрельба в центре города, смерть столь опасного пpеступника, который наверняка и важный свидетель, безусловно, ЧП. – Потапов говорил тихо, гладко, без пауз, чувствовалось, что речь свою он заготовил. – Но на оперативной работе без накладок и ЧП не прожить. Слава богу, никто из посторонних не пострадал и Лев Иванович остался жив. Так что считаю нужным провести анализ происшедшего, учесть ошибки на будущее.

У меня все.

Гуров старался не улыбаться и продолжал гладить пальцами хрустальную пепельницу, а Турилин и Орлов обменялись взглядами, затем полковник посмотрел на Гурова, а генерал недоуменно – на Потапова. После паузы Турилин как-то растерянно сказал:

– Да, случается… Произвести три выстрела, две пули в груди преступника, одна в колесе машины…

Гуров отлично понимал, что ему следует молчать, но не выдержал и сказал:

– А я стоял рядом.

Полагаю, что просматриваются три версии.

Орлов наступил ему на ногу, но Гурова понесло:

– Первое: у них плохо с патронами. Второе: я им лично симпатичен, и третье: подполковник Гуров – человек Корпорации. А в принципе накладка. И зачем я жив остался?

– У тебя жена и племяшка? – неожиданно спросил Турилин и не обратил внимания, как встретились взглядом Гуров и Потапов. А полковник Орлов на данный, казалось бы, незначительный факт внимание очень даже обратил.

– Ольга – сестра жены.

Нам с супругой, как в старину говорили, бог детей не дал. Я Ольгу удочерил, – ответил Гуров.

Орлов продолжал давить на ногу Гурова. Турилин кивнул и продолжал:

– Ты их, естественно, любишь. А я, старый… – генерал кашлянул, – люблю тебя. И ты, как всякий эгоист, моей любовью пользуешься.

– Что тоже естественно, – снова встрял Гуров.

Турилин постучал карандашом по папке, которая лежала на столе.

– Тебя требуют прокуратура и особый отдел. – Он взглянул на Потапова: – Генерал, мы можем с «особкой» повременить? Человек ведь в отпуске…

– Перестройка перестройкой, а перестраховщики перестраховщиками.

Телефонный звонок не указ, потребуйте бумагу. Пока напишут, пока пришлют, подполковник может уехать в санаторий… Хотя для одного отпуска у Льва Ивановича накопилось многовато…

– Спасибо, мир не без добрых людей, – Гуров встал. – Разрешите?

– Сдайте личное оружие и не выезжайте из Москвы, подполковник.