Медные лбы. Картинки с натуры

А то долго ли до греха? Пожалуй, и моль тебя съест.

– Коли ежели вы выколачиваете, то никогда не съест, – пошутила купчиха.

– Так куда же, ваше степенство? – приставал извозчик.

– Постой, погоди, дай мозгами-то раскинуть. Вдруг не придумаешь. Ну вот что: свези ты нас на новый мост, а оттелева в «Палкин», под орган, что ли. Сразу четырех бобров убьем: первопутку обновим, мост посмотрим, лектрическое освещение поглядим и чайку с органными колоколами попьем. Ну?

– Три четвертачка положите.

– Да ты крестил ли лоб-то сегодня? Три четвертачка! Полтину ежели тебе прожертвовать, так и то офицерская ряда.

– Ну, садитесь, – откинул полость извозчик. – Эх, купец! Ведь первопутку-то нам Бог только раз в год дает.

– Постой, прежде всего, широки ли санки? А то, пожалуй, не усядешься. У меня в сиденьи три четверти, да у жены то же самое, а ведь вместе-то шесть четвертей будет.

– Санки широкие. Других таких и не найти.

Купец и купчиха сели и поехали.

– Важно! – восхищался купец. – Дыши, Пелагея Вавиловна, набирай воздуха-то да и глотай. Ну, что ты дух запираешь? Я тебя проветрить повез, а ты… Ах, леденец те в горло!

– Зачем же вы ругаетесь, Тихон Игнатьич. Лучше с блезиром ехать.

– А затем, что ты дышать боишься. Разевай рот-то шире да и вдыхивай. Зимой мух нет, в рот не влетят.

– Да уж шире я не могу. У меня рот маленький.

– Врешь, врешь! Коли до пряника дело дойдет, так какой угодно запихаешь, а тут рот мал.

– Извольте, для вас я выкажу свое согласие, только ведь поперхнуться можно.

– Ничего, мы с извозчиком в загорбок поколотим, коли поперхнешься.

– Ну вот я и вздохнула. Теперь даже под сердце струя прошла. Довольны вы? – спросила купчиха и сделала паузу. – Тихон Игнатьич, отчего это так полозья у саней зудят?

– Летний путь с зимним борется, сударыня, – отвечал извозчик.

– Тихон Игнатьич, а не опасно на новом мосту-то? Не провалимся мы?

– Ну вот! Зачем же провалиться, коли проба была. Сам городской голова пробовал.

– Да он грузен ли, голова-то? Может, так себе, тоненький да маленький.

– Недоумок! Да ведь он гирями пробовал. Потом транспорт с каменьями пустили.

– Ну, то-то.