Купец пришел! Повествование о разорившемся дворянине и разбогатевших купцах

Я, княжна и ты переедем в наш посад Колтуй и будем жить втроем на две пенсии. И никакого ты кабинета продавать не будешь. Надо же жить в какой-нибудь обстановке, – закончил капитан.

Он был разгорячившись. Придвинул к себе графин воды, налил в стакан и выпил залпом.

Произошла пауза.

– Но ведь это значило бы объедать вас… – пробормотал Пятищев. – Здесь я даю вам все-таки помещение, у меня остались еще кое-какие продукты для стола. А там?

– Где двое сыты, там и третий будет сыт, – отвечал капитан.

– Хорошо, на первых порах я перееду к вам… – произнес Пятищев.

– А что будет потом – впоследствии видно будет. Так и запишем, так и решим.

– Постой… Но я еще не получил ответа от княжны. Она еще не высказалась.

– Княжна будет согласна. Видишь, ей трудно говорить.

– Княжна, ты согласна с моим планом относительно тебя? – все-таки допытывался ответа Пятищев и вопросительно смотрел на княжну.

Княжна моргала усиленно глазами и шевелила губами.

– Да, да… – еле могла она выговорить и истерически разрыдалась.

– Доконал-таки! Опять доконал! – воскликнул капитан, бросаясь к ней с флаконом спирта. – Идите, княжна, в вашу комнатку, идите, матушка Ольга Петровна. Успокойтесь… Там ляжете, и будет вам легче… – говорил он нежно и вместе с Лидией повел княжну из столовой.

– Бобку накормить… – вдруг вспомнила княжна на пороге среди рыданий, увидав мопса.

– Накормлю, накормлю, княжна. Не беспокойтесь. В вашу же комнату принесу ему остатки манной каши на тарелочке, – отвечал капитан, поддерживая ее под локоть.

XV

На другой день утром Пятищев, встававший всегда очень поздно, часу в одиннадцатом, на этот раз проснулся в восемь и уж к девяти часам справил свой туалет – пробрил себе подбородок, умылся, причесался, вытерся одеколоном с водой, что делал обыкновенно каждое утро.

Первою его мыслью было переселение из барского дома в дом управляющего. Еще не пивши утреннего кофе, он вышел на террасу, представлявшую из себя портик с колоннами, выходящую на двор, и стал кликать Левкея, но Левкей не показывался.

– Чего это ты спозаранку?.. – спросил он и прибавил: – Здравствуй.

– Да ведь переезжать надо. Кричу Левкея и не могу докричаться, – отвечал Пятищев, приложившись рукой к феске, и пожал капитану руку.

– Левкей перетаскивает мебелишку Василисы в домик садовника.