В ожидании наследства. Страница из жизни Кости Бережкова

Он наскоро поклонился Шлимовичу и Лизавете Николаевне и выскочил за дверь.

Глава XVI

На всех парах и запыхавшись влетел Костя Бережков к себе домой. Явился он с черного хода, через кухню. В кухне его встретили женщины. Тут была богаделенка старуха Ферапонтовна, кухарка и чернобровая Настасья Ильинишна с дочерью Таисой. Настасья Ильинишна толкла что-то в медной ступке, завернув ее в полотенце и поставив на войлок, дабы уменьшить резкость стука и тем не тревожить больного старика. Дочь Настасьи Ильинишны Таиса полоскала бутылку.

– Ну, что дяденька? – спросил Костя.

– Да что – чуть не умер. Посылает за вами, хочет поговорить, а вы не ведь где шляетесь, – отвечала Настасья Ильинишна.

– Я не шлялся, а по делам ездил, – вспыхнул Костя. – Какое такое вы имеете право такие слова?..

– Ах, оставьте, пожалуйста… Знаю я ваши дела!

– Ну, довольно! Достаточно… Не позволю я над собой командовать! Вишь, какая командирша выискалась! Не тебе ли еще отчет о торговых делах отдавать!

– Да что вы кричите-то! Старик еле дышит, а вы кричите.

Кажется, нужно и пожалеть.

– Что с ним такое случилось? – обратился Костя к кухарке и к старухе Ферапонтовне. – Я пошел утром в лавку, так ему было совсем хорошо.

– Утром было хорошо, а после обеда вдруг подступило вот к этому месту, – отвечала кухарка. – Потемнел весь из лица, глаза подкатил, показывает на грудь. Чуть не задушило. Уж мы и так, и эдак… Да ведь женщины, ничего не знаем. Не знаем даже, где доктора живут, которые его лечат.

Побежали уж так за каким-то, за чужим доктором – вот тут по соседству живет, – притащили его, и вот он припарками разными да компрессами… Долго тут он у нас возился и кой-как помог ему, чтобы отлегло.

Костя снял с себя пальто и передал его кухарке.

– А вы тут что стучите? – спросил он Настасью Ильинишну.

– Льняное семя толку, хочу льняное молоко сделать и Евграфа Митрича попоить.

– Доктор велел, что ли?

– Что доктора! Доктора ничего не понимают.

Они вон лечат-лечат его и все вылечить не могут. Мелочной лавочник посоветовал. «У моей, – говорит, – у старухи точно так же подступало вот к этому месту, так я ее льняным молоком – и в лучшем виде отлегло».

– Смотрите, не напортите, чем ни попадя пичкавши-то… Уж вы рады…

Костя вошел в комнаты. Подойдя в гостиной к зеркалу, он поправил волосы, сделал солидное, деловое лицо и направился в спальную старика. В спальной пахло уксусом, лекарствами.